Читаем Чёрный прах полностью

Как бы я ни хотела, чтобы они были «моими» людьми, я никогда не вписывалась в эту толпу.

Многие их теории казались мне чокнутыми, честно говоря, основанными больше на фантазии, принятии желаемого за действительное и скуке, а не на объективном опыте.

Мой разум даже в детстве больше ориентировался на факты и науку.

В любом случае, я довольно быстро выяснила, что большинство из них не могли ничего видеть в этом плане — не так, как я или моя сестра.

Сейчас я в некотором роде чувствовала себя так, будто вернулась в те времена.

У меня снова не было того, у кого можно спросить — или у кого мне хотелось спросить.

При этой мысли в моей груди поднялась боль, но я прикусила язык, засовывая её обратно. Я и без того с трудом оставалась в собственном теле. Меньше всего мне нужно было впускать ерунду о Блэке в свою голову и свой живой свет.

Вместо этого я выглянула в окно, глядя на здания, проносящиеся по обе стороны дороги Серриллос. Глядя туда, я пыталась определить, что именно я чувствую.

Когда GPS наконец пикнул, сообщая о приближающемся повороте, я завернула на Эйрпорт Роуд, затем на Камино Энтрада перед тем, как повернуть налево, на парковку детективного отдела департамента полиции Санта-Фе. Когда этим утром я позвонила Красному из лобби курорта, спросив, с кем мне нужно связаться в ФБР, Красный сказал мне встретиться с агентом ФБР здесь. Очевидно, они уже координировались с полицией Санта-Фе по делу.

Я нашла парковочное место в зоне для посетителей и выключила двигатель внедорожника.

Затем я просто посидела там минутку.

Поколебавшись долю секунды, я закрыла глаза.

Открыв свой свет, я отпустила часть того контроля, с помощью которого оставалась в своём теле.

В то же самое мгновение свет размыл все перед моими глазами.

Волны золотого, оранжевого, белого и бледно-синего света сплетались воедино как частицы в огромной пылевой буре, проносясь через меня волнами электрических зарядов, смещая моё aleimi-тело то дальше, то ближе к моему физическому телу, точно настоящий океан мотал меня то прочь от берега, то обратно.

Я смотрела, как похожие на циклон завихрения света обрушиваются на отдельные участки земли, и их тут же сдувает очередной массивной волной.

Я ахнула, затем скользнула глубже, пытаясь подняться выше, увидеть, что это такое.

Сделав это, я увидела, что это происходит изначально не из Санта-Фе, не совсем. Скорее, Санта-Фе стояло на его пути. Самая большая концентрация света находилась к северо-западу от нас. Там эта свето-пылевая буря походила на массивный вихрь, на ураган света.

В центре кружило отверстие — как глаз урагана или, может, воронка чёрной дыры. Я смотрела, как массивные облака света движутся в массивном, тяжёлом потоке по часовой стрелке. Я чувствовала, как мой свет искрит и полыхает при виде этих волн, прокатывавшихся на астральном ветру.

Однако это были не просто волны или разряды.

Это действительно был какой-то метафизический шторм, как Красное Пятно на поверхности Юпитера[14], только из оранжевого, золотого, красного и синего света.

Я отключилась и обнаружила, что стискиваю рулевое колесо, тяжело дыша.

Я все ещё старалась вернуться в своё тело, когда стук по окну с водительской стороны внедорожника едва не заставил меня выпрыгнуть из собственной шкуры.

Я дёрнулась, поворачиваясь, и обнаружила грузного копа в униформе, который слегка хмуро смотрел на меня через стекло.

Я тут же опустила стекло в окне.

— Могу я вам помочь? — спросил он, все ещё хмурясь. — С вами все хорошо, мэм?

Выдавив улыбку, я кивнула, все ещё стискивая рулевое колесо. Сосредоточиться на его лице помогало, но я гадала, как я выглядела, когда он только подошёл к машине.

— Я в порядке, спасибо. Просто немного закружилась голова, — соврала я. — Вероятно, я пью недостаточно воды для этого климата. Вчера только прилетела.

Беспокойство в его шоколадно-карих глазах тут же угасло.

Он сочувственно кивнул, положив руки на бедра и сделав шаг назад от окна.

— Откуда вы прилетели? — спросил он с явным нью-мексиканским акцентом.

— Гавайи, — улыбнулась я. — Так что мне надо справиться с нешуточной переменой часовых поясов.

Он расплылся в улыбке, более открыто присматриваясь ко мне.

— Вы живете на Гавайях? Вау.

— Нет, — печально сказала я, качая головой. — Нет, я не живу там. Я была в отпуске. Меня выдернули обратно на работу.

— Ах. Вы здесь по работе, — его смуглая загорелая кожа и черные волосы выдавали в нем, скорее всего, индейское или мексиканское наследие. — Вам нужно быть осторожнее с этим сухим жаром, знаете ли, мэм. Мы постоянно получаем звонки на 911 по этому поводу. Это вам не шутки.

Отойдя от двери машины, когда я потянулась к ручке, он задержался перед машиной, окинув меня взглядом, как только я вышла из внедорожника. Притворившись, будто не заметила, я опустила окно перед тем, как закрыть дверцу, а потом заблокировать её кнопкой на брелоке. Я все ещё немного шатко стояла на каблуках.

— Вы здесь, чтобы встретиться с кем-то? — спросил он, все ещё не уходя. — Вы говорили о работе, верно?

Я кивнула, в этот раз улыбнувшись более искренне.