Читаем Чёрные сердца полностью

Он не хотел говорить ничего, что могло напомнить им о том, что он стоит здесь и слушает это всё. Никто из вампиров в его команде тоже не нарушал молчание — вероятно, по той же самой причине.

Однако Брик послушался совета Энджел.

Он увеличил изображение в своей гарнитуре, пока остальные спорили о том, что видели. Он укрупнил кадр примерно в тысячу раз по сравнению с оригинальным размером и теперь мог видеть лишь голую кожу Блэка.

Сделав это, он заметил то же, что и Энджел.

Он увидел то же, что и предположительно все люди Блэка.

Пули попадали в Квентина.

Ну… в некотором роде.

Каждый кусочек металла летел прямиком в него; залпы автоматических винтовок выпускали в него столько пуль, что это походило на горизонтальный метеоритный дождь, нацеленный на его грудь, голову, живот, ноги и руки. Как только Брик замедлил запись, чтобы рассмотреть как следует, это стало походить на целую бурю металлических капелек.

Пули выглядели нормальными, пока не долетали до Блэка.

В них не было ничего странного, когда они вырывались из различных винтовок. Они не выглядели странными, пока летели по воздуху к цели. Прицел солдат не был сбит. Более того, теперь, когда Брик посмотрел повнимательнее, он осознал, что как минимум половина этих солдат не была людьми.

Странность происходила, когда пули «врезались» в кожу Квентина.

Металлические пули, в том числе и взрывные, и самонаводящиеся, и бронебойные, врезались в тело Квентина и были…

…поглощены.

Каким-то образом.

Как будто каждая пуля врезалась в силовое поле, которое превращало их в жидкость, затем в воздух, затем в кровь, кожу и кость.

Возможно, они просто конвертировались в какую-то энергию.

В любом случае, они не вызывали даже ряби на безупречной коже видящего.

— Gaos, — произнес Холо секунду спустя. — Ma hu allaenat ‘ant ya ‘akhy?

Брику последняя фраза показалась больше похожей на арабский, нежели на прекси, язык видящих[10].

Ковбой, что удивительно, ответил по-английски.

— Мне интересно, осознает ли он вообще это, — пробормотал человек.

— Как, бл*дь, это возможно? — Мика посмотрела на Холо, и её голос звучало твёрдо. — Что говорит Ярли?

— Она думает, что это какая-то штука из «колонны внизу», — сказал Джакс, и его пурпурные глаза расфокусировались, пока он просматривал цифровое видео. — Она думает, что это исходит из структуры в нижней части его света. Вот почему мы не можем это видеть. Это частота, на которой все мы не умеем сканировать… и нас даже не обучали смотреть там. Это также частота, для взаимодействия с которой у нас нет структур, так что для нас она буквально невидима. Как слишком тихий звук, который не могут расслышать наши уши…

— Смотрите на это! — перебила Энджел, показывая на изображение в гарнитуре. — Господи Иисусе. Смотрите. Это что такое, чёрт подери?!

Брик снова сосредоточился на записи.

Сделав это, он отложил в какой-то части своего сознания информацию, что Энджел — чрезвычайно наблюдательный и ценный человек.

Это уже второй раз, когда она увидела что-либо на несколько секунд раньше всех остальных.

Не говоря уж о том факте, что её бойфренд, Ковбой, видимо, понимал по-арабски.

Вампир забыл оба факта, как только увидел то, о чём говорила Энджел.

Кожа Блэка… шевелилась.

Она как будто самопроизвольно пошла рябью.

Как только он по-настоящему осознал это, Брик ощутил, что всё его тело неподвижно замерло.

Вместо того чтобы вызвать инстинкт хищника, это спровоцировало нечто прямо противоположное… не совсем страх, скорее, стремящуюся к выживанию насторожённость, которая заставила каждый мускул в его теле просто… перестать двигаться.

Брик не знал, как Энджел заметила это так быстро. Даже сейчас эффект, должно быть, оставался едва различимым для человеческих глаз. Даже для вампирского зрения он был неуловимым, видимым лишь волнообразно, как будто по поверхности пруда расходились равномерные круги от камушка.

Пока Брик наблюдал, эти импульсы участились.

Они также сделались более сильными.

Через несколько секунд они слились вместе в одну продолжительную волну.

Ещё через несколько секунд они начали изменять поверхность его кожи. Такое чувство, будто Брик смотрел на Блэка через панель чрезвычайно искривлённого стекла.

— Gaos, — повторил Холо. — Gaos… что это? Что это, бл*дь, такое?

Никто ему не ответил.

— Мы должны что-то сделать! — рявкнул Холо. — Это убьёт его, na? Это должно его убить. Такое никто и никак не может пережить. Должно быть, это ломает каждую кость в его теле…

Чем дольше он говорил, тем сильнее становился его акцент видящего.

При других обстоятельствах его слова могли бы даже прозвучать забавно.

Чего, во имя Источника, этот щенок-видящий от них ожидал?

А так никто даже не взглянул на него.

Каждый человек и видящий находился на той или иной стадии задерживания дыхания.