Читаем Чёрные сердца полностью

Он никогда от этого не отмоется.

Этот долг он никогда не выплатит; колокол прозвенел, и нет пути назад. Теперь он просто вот такая личность. И всегда будет таким. Он никогда не вернёт то, что потерял; а он потерял абсолютно всё.

Он никогда это не вернёт.

Как бы он теперь ни называл себя, он никогда не будет прежним Ником.

Эта мысль вгоняла в депрессию, но он постарался не отгонять её.

Что есть, то есть.

Он — то, что он натворил.

По этой и многим другим причинам он удивился, услышав в голосе своего прародителя искреннюю мягкость и сочувствие, когда тот ответил.

— Я понимаю, любовь моя, — ласково произнёс Брик. — Мне хотелось бы выразить, как хорошо я это понимаю… но с этим придётся повременить до другого раза.

Помедлив, вампирский король добавил:

— Мне хотелось бы заверить тебя, что ты навредил намного меньше, чем говорит тебе твой страх. Мне хотелось бы иметь возможность стереть твоё сознание на этом отрезке, дражайший… но я слишком люблю тебя, чтобы лгать тебе. Я не стану лгать тебе в таком смертельно важном вопросе. Мы с тобой оба знаем, что тебе предстоит много работы в этом отношении, если ты желаешь восстановить разрушенное со своими друзьями людьми и видящими…

Ник поморщился, бросив косой взгляд на Даледжема.

Брик продолжил прежде, чем он успел заговорить.

— …Мне хотелось бы сказать тебе, что всё испарилось, пока ты восстанавливался, но правда в том, что сейчас просто не время для таких вещей. Всё, что я могу сказать — я понимаю, любовь моя. Лучше, чем ты думаешь. Однажды мне придётся рассказать тебе о собственном опыте во время той фазы, которую ты только что перенёс. Не сомневайся, что дальше для тебя всё станет лучше. Сейчас тебе может вовсе так не казаться, но так и будет. И тебя любят. Тебя любят сильнее, чем ты можешь догадываться, и неважно, можешь ли ты почувствовать эту любовь или ещё нет.

Брик помедлил, и Ник поёрзал на своём сиденье.

Он ощущал, что исходившие от другого вампира эмоции усилились до такой степени, что ему сделалось даже некомфортно — отчасти потому, что он ощутил свою реакцию на это.

— Пока что я остановлюсь на этом, — произнёс вампирский король почти грубоватым тоном. — Но мы ещё поговорим об этом, сын мой. Я не могу выносить то, как сильно ты винишь себя за всё. Я понимаю… но это ранит меня до глубины души. Хотелось бы мне иметь возможность заверить тебя в том, как мало здесь твоей вины, и сколько ответственности лежит на мне, как на твоём прародителе… но я знаю, что ты пока что не можешь это услышать, и более того, как я и сказал, сейчас не время. Так что мы остановимся на этом и вновь поговорим, когда будет возможность.

Ник сглотнул.

Отвернувшись от Джема и посмотрев в боковое окно, он лишь кивнул, не имея возможности, а на самом деле и желания отвечать словами. Он ощущал понимание своего прародителя, но не мог даже попытаться общаться с вампиром в такой манере.

Он не хотел отвечать — не здесь, не перед Джемом.

Странно, но он боялся того, какое у видящего сложится мнение о нём… страшился этого гораздо сильнее, чем мнения его прародителя или даже собственных взглядов на себя самого.

Он не хотел пока что думать об этом, и о том, что это значило.

Когда Брик заговорил в следующий раз, его голос изменился, вновь приобретая деловитый тон.

— …Пока что я могу сказать тебе немного, — произнёс вампирский король. — Во-первых, тебе надо знать, что ты не разрушил мой союз с людьми Блэка, как ты думал изначально. На данный момент мы пересмотрели союз, и пока он держится… вопреки немалому напряжению в нынешних обстоятельствах. В данный момент я скрываюсь вместе с большей частью моей руководящей команды. Мы здесь со многими членами ведущей команды Блэка, и с людьми, и с видящими. Мириам с нами.

Ник вздрогнул.

Он взглянул на Джема, нахмурившись, затем опять переключился на телефон.

— Ты с людьми Блэка? Прямо сейчас? И Мириам с вами?

Джем повернулся, хмуро посмотрев на него, но Ник от него отмахнулся.

— Да, — твёрдо произнёс Брик. — Вдобавок к нашим двум группам с нами также огромное количество вампиров, большинство из которых родом из земель за пределами Северной Америки. Преимущественно они из Южной Америки, но с ними также немало тех, кто пришёл из Азии и Африки.

Брик помедлил, как будто давая его словам отложиться в сознании.

Он продолжил тщательно выверенным тоном.

— Что касается того, что тебе нужно знать сейчас, сын мой, я могу подтвердить, что, как я и сказал, Мириам в данный момент цела и невредима, так что тебе не нужно беспокоиться за неё. Конечно, она пребывает в том же затруднительном положении, что и все мы, скрываясь и находясь в осаде сил Чарльза.

Поколебавшись, он добавил: