Читаем Чёрная птица полностью

Взявшись помочь другу, адмирал отправил сеньора дель Маркоса в Испанию, а к англичанам послал гонца с требованием, чтобы проходимцы исправили оплошность и отбили у Корбо добычу. С капитаном англичан сеньор Альканис давно проворачивал тёмные делишки, значительно пополняя свои доходы и получая помимо приличного жалованья недурную долю с грабежа кораблей Карла II.

Планируя забрать в заранее обговорённом месте девушку, адмирал оставил на время флотилию и вместе с Диего несколько отклонился от курса. По этой причине галеон дель Альканиса и оказался в водах, где неожиданно наткнулся на французские парусники. Увидев штандарт Корбо, дон Хосе догадался: раз корабль пирата цел, значит, англичане не смогли добраться до него, и справедливо предположил, что девушка находится на борту разбойничьего судна.

Маркиз возликовал. Большей удачи он и желать не мог. Теперь он и вовсе будет выглядеть истинным благородным спасителем! И ведомый благородной целью освободить пленницу дель Альканис кинулся на флибустьеров.

Флагман испанцев нёсся за «Поцелуем Фортуны», абсолютно уверенный в победе. Огневая мощь адмиральского галеона позволяла оставить от жалкой скорлупки пиратов одни щепки. Знал дон Хосе и о своём численном превосходстве. Правда, из пятисот человек, находящихся на галеоне, около сотни были знатными пассажирами, но каждый сеньор с детства владел шпагой, а поэтому справиться с оборванцами-пиратами не составит большого труда, считал адмирал. Такой бой высокомерным идальго казался детской забавой, и, наблюдая за сокращением расстояния между судами, сеньоры, расположившиеся на палубе, презрительно ухмылялись.

Пираты направили фрегат к острову, по-видимому, решив спрятаться за ним.

Адмиральский корабль последовал за морскими разбойниками и вскоре скрылся из поля зрения двух других галеонов за вздымающейся из моря каменной грядой. Наблюдая, как «Поцелуй Фортуны» легко несётся по волнам, сеньор Альканис даже забеспокоился: вдруг Корбо сможет уйти? Но тут фрегат, замешкавшись, неожиданно замедлил ход и неторопливо заскользил неподалёку от берега. Не догадываясь, что судно просто осторожно пробирается между скрытыми приливом скалами, флагман, не желая упустить пиратов, продолжал двигаться с той же скоростью и уверено нагонял «Поцелуй Фортуны».

Надменно насмехаясь над отсутствием у недоумков-французов мастерства в морском деле, господа, горделиво задрав головы, шутили: как такие неумёхи вздумали тягаться с хозяевами морей – испанцами? Канониры уже открыли пушечные порты и дожидались момента, когда галеон выйдет на огневую позицию. Надеясь лишить возможности противника передвигаться, но при этом желая сохранить невредимым сам корабль, адмирал велел целиться в рангоут. Дель Альканис волновался за сохранность пленниц, только по этой причине не отдавал приказа разнести судно разбойников вдребезги, а наказал поразить лишь паруса и оснастку фрегата.

Тощий Джо уверено вёл фрегат между рифами. Пираты видели, что преследующий их корабль не следует прямо за «Поцелуем Фортуны», а, свернув чуть левее, идёт параллельным курсом, явно намереваясь разбить изящный парусник в артиллерийском бою.

Испанцы неумолимо догоняли пиратский корабль. Заметив, с каким сосредоточенным видом, французы наблюдают за галеоном, адмирал холодно улыбнулся:

– Похоже, эти разбойники понимают: им пришёл закономерный конец! – взглянув на офицеров, воскликнул дель Альканис, и господа одобрительно засмеялись.

Наконец флагман поравнялся с пиратским судном. Напряжение на «Поцелуе Фортуны» стремительно нарастало, парни с озабоченностью поглядывали то на галеон, то на своего штурмана, но Тощий Джо невозмутимо вёл корабль, не обращая внимания на испанцев.

Адмирал гордо вскинул голову, на лице сеньора застыла торжествующая гримаса, и он уже открыл рот, намереваясь крикнуть: «Пли!», как неожиданно корабль, с разбегу наткнувшись на скалу, замер. Люди, находившиеся на галеоне, повалились кто куда, не понимая, что произошло. От резкой остановки перетянутые струны снастей не выдержали внезапного напряжения и с визгливым свистом лопнули, смертельными хлыстами стегая людей. Во все стороны полетели сухие щепки, раня собой экипаж и солдат. Не устояла и сломалась грот-мачта, потянув за собой бизань-мачту и ломая при падении фок-мачту. Матросы, висящие грушами на реях, пытались удержаться, но, всё же теряя опору и равновесие, с истошным воплем падали в воду и на настил корабля, тревожа слух тошнотворным шлепками. Паруса накрыли плотным брезентом палубу, погребая под собой распластанных на ней людей, и те, чертыхаясь, пытались подняться и выпутаться из тяжёлого савана корабля.