Читаем Чингиз-хан полностью

Жители Туса убили монгольского губернатора и его людей в надежде положить конец монгольскому правлению, но когда монгольский отряд численностью в триста человек, расквартированный в Кушане, подскакал к городу, обитатели его немедленно сдались и, устрашенные одним именем монголов, по приказу монгольского командира срыли крепостные стены города. Силы Тохучара форсировали Аму-Дарью и степными просторами вышли к древнему туркменскому городу Нисе, стоящему недалеко от северных подножий Хорасанских гор.

Проведя разведку местности, монголы потеряли убитым одного из своих тысячников. Один из защитников города поразил его метким выстрелом из лука. Тохучар, видя, что город оказывает упорное сопротивление, подвел к его стенам двадцать катапульт и заставил несчастных пленных работать с ними под вражеским огнем. Едва пленные рабочие отступали под градом стрел защитников города, монголы убивали их и на их место ставили других. Совершенно не считаясь с огромными потерями, монголы целых пятнадцать дней продолжали непрерывно штурмовать город, прежде чем бреши в его стенах все-таки были проделаны. Последняя мощная ночная атака на стены после кровавых, но безуспешных, дневных штурмов увенчалась успехом.

Все жители города были истреблены свирепыми победителями.

13 ноября 1220 года Тохучар, продолжая опустошение Хорасана, достиг Нишапура, столицы провинции. Он попытался осадить его, но на третий день был смертельно ранен стрелой.

Один из тысячников, сменивший Тохучара, посчитал силы отряда недостаточными для взятия такого большого города, а потому снял осаду и отпустил конницу кочевников опустошать и грабить окрестности.

Один из отрядов к западу от Нишапура вышел к Себзевару и после трехдневной осады взял его и истребил 70 000 жителей города. Второй прошел горы недалеко от Туса и предал огню и мечу плодородные цветущие долины вдоль берегов рек Кешефруд и Атрек. Когда Чингиз-хан осознал, что Хорасан слишком силен, чтобы его могло покорить войско Тохучара, он отдал приказ Туле, самому младшему из своих сыновей, принять под свое начало четыре тумэна и покончить с непокорной провинцией.

Туле, до сих пор остававшийся вместе со своим отцом в монгольских лагерях к югу от Аму-Дарьи, вышел через долины Бадахшана к реке Мургаб, но не стал сразу форсировать ее, а взял севернее, направившись к ее истокам. Там стоял древнейший и самый знаменитый центр ислама — город Мерв, по своему религиозному значению уступающий только Багдаду.

Как и Бухара, Мерв был построен еще во времена древних ариев, когда те впервые появились в Иране около 2500 года до рождества Христова.

Это была столица знаменитых сельджукских султанов Малик-шаха и султана Санджара, наследников могущества Харуна ар-Рашида Багдадского.

Йякут, знаменитый географ, был среди тех немногих, кому удалось бежать из города до прихода монголов. Именно он поведал последующим поколениям о великолепных дворцах и богатейших библиотеках города, о знаменитых ученых и писателях, живших в нем в это время.

Перейти на страницу:

Все книги серии След в истории

Мария-Антуанетта
Мария-Антуанетта

Жизнь французских королей, в частности Людовика XVI и его супруги Марии-Антуанетты, достаточно полно и интересно изложена в увлекательнейших романах А. Дюма «Ожерелье королевы», «Графиня де Шарни» и «Шевалье де Мезон-Руж».Но это художественные произведения, и история предстает в них тем самым знаменитым «гвоздем», на который господин А. Дюма-отец вешал свою шляпу.Предлагаемый читателю документальный очерк принадлежит перу Эвелин Левер, французскому специалисту по истории конца XVIII века, и в частности — Революции.Для достоверного изображения реалий французского двора того времени, характеров тех или иных персонажей автор исследовала огромное количество документов — протоколов заседаний Конвента, публикаций из газет, хроник, переписку дипломатическую и личную.Живой образ женщины, вызвавшей неоднозначные суждения у французского народа, аристократов, даже собственного окружения, предстает перед нами под пером Эвелин Левер.

Эвелин Левер

Биографии и Мемуары / Документальное
Йозеф Геббельс — Мефистофель усмехается из прошлого
Йозеф Геббельс — Мефистофель усмехается из прошлого

Прошло более полувека после окончания второй мировой войны, а интерес к ее событиям и действующим лицам не угасает. Прошлое продолжает волновать, и это верный признак того, что усвоены далеко не все уроки, преподанные историей.Представленное здесь описание жизни Йозефа Геббельса, второго по значению (после Гитлера) деятеля нацистского государства, проливает новый свет на известные исторические события и помогает лучше понять смысл поступков современных политиков и методы работы современных средств массовой информации. Многие журналисты и политики, не считающие возможным использование духовного наследия Геббельса, тем не менее высоко ценят его ораторское мастерство и умение манипулировать настроением «толпы», охотно используют его «открытия» и приемы в обращении с массами, описанные в этой книге.

Р. Манвелл , Генрих Френкель , Е. Брамштедте

Биографии и Мемуары / История / Научная литература / Прочая научная литература / Образование и наука / Документальное

Похожие книги

10 гениев спорта
10 гениев спорта

Люди, о жизни которых рассказывается в этой книге, не просто добились больших успехов в спорте, они меняли этот мир, оказывали влияние на мировоззрение целых поколений, сравнимое с влиянием самых известных писателей или политиков. Может быть, кто-то из читателей помоложе, прочитав эту книгу, всерьез займется спортом и со временем станет новым Пеле, новой Ириной Родниной, Сергеем Бубкой или Михаэлем Шумахером. А может быть, подумает и решит, что большой спорт – это не для него. И вряд ли за это можно осуждать. Потому что спорт высшего уровня – это тяжелейший труд, изнурительные, доводящие до изнеможения тренировки, травмы, опасность для здоровья, а иногда даже и для жизни. Честь и слава тем, кто сумел пройти этот путь до конца, выстоял в борьбе с соперниками и собственными неудачами, сумел подчинить себе непокорную и зачастую жестокую судьбу! Герои этой книги добились своей цели и поэтому могут с полным правом называться гениями спорта…

Андрей Юрьевич Хорошевский

Биографии и Мемуары / Документальное
Русская печь
Русская печь

Печное искусство — особый вид народного творчества, имеющий богатые традиции и приемы. «Печь нам мать родная», — говорил русский народ испокон веков. Ведь с ее помощью не только топились деревенские избы и городские усадьбы — в печи готовили пищу, на ней лечились и спали, о ней слагали легенды и сказки.Книга расскажет о том, как устроена обычная или усовершенствованная русская печь и из каких основных частей она состоит, как самому изготовить материалы для кладки и сложить печь, как сушить ее и декорировать, заготовлять дрова и разводить огонь, готовить в ней пищу и печь хлеб, коптить рыбу и обжигать глиняные изделия.Если вы хотите своими руками сложить печь в загородном доме или на даче, подробное описание устройства и кладки подскажет, как это сделать правильно, а масса прекрасных иллюстраций поможет представить все воочию.

Геннадий Яковлевич Федотов , Владимир Арсентьевич Ситников , Геннадий Федотов

Биографии и Мемуары / Хобби и ремесла / Проза для детей / Дом и досуг / Документальное
Павел I
Павел I

Император Павел I — фигура трагическая и оклеветанная; недаром его называли Русским Гамлетом. Этот Самодержец давно должен занять достойное место на страницах истории Отечества, где его имя все еще затушевано различными бездоказательными тенденциозными измышлениями. Исторический портрет Павла I необходимо воссоздать в первозданной подлинности, без всякого идеологического налета. Его правление, бурное и яркое, являлось важной вехой истории России, и трудно усомниться в том, что если бы не трагические события 11–12 марта 1801 года, то история нашей страны развивалась бы во многом совершенно иначе.

Александр Николаевич Боханов , Евгений Петрович Карнович , Казимир Феликсович Валишевский , Алексей Михайлович Песков , Всеволод Владимирович Крестовский , Алексей Песков

Биографии и Мемуары / История / Проза / Историческая проза / Учебная и научная литература / Образование и наука / Документальное