Обратный рейс завтра тоже в девять, а нам нужно снять передний ряд кресел, чтобы культурно оборудовать багажное отделение. И место для разогревания еды требует усовершенствования. Прикупить выпивки, закусок – хорошее обслуживание – штука затратная. И, да, восемнадцать пассажиров нам не потянуть – не больше пятнадцати.

* * *

С этого момента наша с Ольгой семейная жизнь стала регулярной: Понедельник, среда, пятница в полёте из Монте в Рио. Вторник четверг, суббота – обратно. Каждый раз – с полным салоном, то есть всю дорогу в мыле. Кстати, в Рио-де-Жанейро Хорхе снял для нас скромный домик неподалеку от аэродрома, где мы, засыпая, смотрим друг на друга виноватыми глазами. Никогда не думал, что подобная работа настолько выматывает.

С другой стороны, денежные поступления получаются внушительные – мы дорого берём. А ещё капает с доставки газет, потому что рейсы регулярные. Ну и иные срочные отправления суют нам прямо в руки, вместе с наличными. Особенно щедро оплачивают засургученные пакеты – не иначе важные контракты или финансовые документы.

Я не упоминал, что мы с Олей постоянно носим пистолеты? Не к слову было. Так вот, компактные браунинги в каждом полёте устроены в подмышечных кобурах. Эта модель считается старой, но тут, в Южной Америке, встречается много старых вещей. А кобуры самодельные. Уж кожи в Уругвае хоть завались. И выделывать её умеют.

Глава 16

Гость из прошлого

Постепенно мы вошли в ритм и слегка отдышались. Как ни удивительно, нашу жизнь сильно облегчила одноразовая посуда. Я не знал, что она уже существует, но оказалось, что вполне доступна. И картонные тарелочки, и пластиковые стаканчики. Впрочем, картонные стаканчики дешевле, только иногда протекают. В общем – жизнь наладилась.

– Вань! Почему ты никогда меня не уговариваешь? Всегда ждёшь, чтобы я проявила инициативу? – Оля сегодня настроена поговорить не о работе, на что у нас редко бывает время. – Неужели ты меня совсем не любишь? – и губки капризным бантиком.

– А разве должно быть иначе? – слегка хитрю я.

– Ну, папа маму всегда обхаживает перед тем, как… ну, ты понял.

– И что мама?

– Мама упрямится, отговаривается, но потом всё же позволяет себя уломать. То есть сдаётся.

– То есть сначала намучает отца и только после этого позволяет ему сделать то, что ей и самой нравится. А я тебя никогда не мучаю – неприхотлив и безотказен, как трёхлинейная винтовка.

– Хм. Интересная интерпретация. А ну, иди сюда. – В общем, моя выдержка привела к нужному результату без всяких усилий. Но всё испортил дедушка.

– Ну, сколько можно кувыркаться! – сказал он, заходя без стука, как к себе домой. – Пока вы тут чёрт-те чем занимаетесь, наши «буэнос-айресские» партнёры негодуют из-за того, что им ради того, чтобы оперативно долететь до Рио-де-Жанейро, приходится сначала добираться в Монтевидео. А вы даже оформить ваши грешные отношения никак не удосужитесь!

– Ну, деда! У нас всего один день в неделю свободен. Как раз когда ни одна контора не работает, – Оля не слишком огорчена, потому что всё нужное мы уже успели.

– А обвенчаться вам что, религия не позволяет? – хмурится Пётр Алексеевич. – Вам же без разницы, по какому обычаю, потому что вы всё равно безбожники.

Вообще-то в отношении деда у меня очень сильные подозрения, что именно он и есть тот самый «центр», из которого исходят указания для нашей крошечной семейной шпионской сети. Вот не слышу я от него ничего белогвардейского. И ещё – денег у него много, а живёт он скромно. Куда всё уходит? Как по мне, так на финансирование советской разведки в Южной Америке. То есть – он и есть самый главный резидент. Но делиться подобной догадкой не стану ни с кем – дела разведок всегда ужасно секретные. Тем не менее понимаю, что в расширении успешного в получении крупной прибыли дела он серьёзно заинтересован.

– Прикиньте, – разворачиваю карту. – На этом континенте авиаперевозками на не особо длинных дистанциях заняты многие частные владельцы или компании, оснащённые не столь дальнобойными самолётами. Успех обеспечивается именно применением машин, способных относительно быстро преодолевать значительные расстояния. А взять их сейчас негде, потому что американская авиапромышленность, считайте, мобилизована. Больше ничего подобного «Лоудстару» мы не найдём, потому что даже те, что успели сделать до начала войны, изымают для нужд воюющих сторон и переделывают в разведчики или транспорты.

– А на авиазаводе в Кордобе, что в Аргентине, нет ничего подходящего? Они же даже бомбардировщики строят, – удивился дед.