Читаем Четвертый протокол полностью

– Вы не хотите поесть? – спросил Вилджоен. – У нас есть столовая.

– А нельзя съесть пару бутербродов и выпить кофе прямо здесь? – предложил Престон.

– Разумеется, я попрошу, чтобы нам принесли.

Престон продолжил чтение автобиографии Марэ.

На вторую ночь, когда мы пытались уснуть в старом сарае, нас внезапно разбудили. Сначала мы подумали, что это немцы. Но, зная африкаанс, я понимал некоторые слова по-немецки, пришельцы говорили на другом языке. Они оказались польскими партизанами. Они нас чуть не расстреляли как немецких дезертиров, но мы закричали, что мы англичане, и они поняли.

Оказалось, что городские жители Бреслау и Ламсдорфа были этническими немцами, а крестьяне округи в основном по происхождению поляки. Именно они при наступлении Красной Армии ушли в леса, чтобы бороться с отступающими немцами. Партизаны делились на коммунистов и католиков. Нам повезло, нас нашла группа партизан-католиков. Мы пробыли с ними всю холодную зиму. С востока наступала Красная Армия. В январе мой товарищ заболел воспалением легких, я ухаживал за ним, но из-за отсутствия лекарств он умер, мы похоронили его в лесу».

Престон задумчиво жевал бутерброд и пил кофе. Осталось дочитать несколько страниц.