Читаем Четвертый К. полностью

— Я вам расскажу кое-что, — сказал шеф охраны. — Однажды я работал с самым умным и приятным человеком на правительственной службе, который занимался тайными операциями. Только один раз его перехитрили, он попался в ловушку и оказался в руках дурного человека. Тот мог уничтожить его. Это был по-настоящему плохой человек, но по какой-то причине он отпустил моего босса с крючка, сказав ему: «Помни, что ты у меня в долгу». У нас ушло шесть месяцев на то, чтобы выследить того человека, и мы его поймали. Мой босс уничтожил его, не дав ему шанса сдаться. И знаете почему? Он сам мне сказал, что человек однажды обладал всемогущей властью над чужой жизнью и поэтому стал слишком опасен, чтобы оставлять его в живых. А мой босс не знал, что такое благодарность, он считал милосердие того человека просто уловкой, а полагаться в следующий раз на такие уловки просто нельзя.

Шеф охраны не сказал Терезе Кеннеди, что его босс был человек по имени Кристиан Кли.


Все перечисленные выше события замыкались на одном человеке — президенте Соединенных Штатов Фрэнсисе Ксавье Кеннеди.

Президента Фрэнсиса Кеннеди и его избрание на этот пост можно было рассматривать как одно из чудес в американской политике. Он стал президентом благодаря магии имени и своим исключительным физическим и интеллектуальным данным, несмотря на то, что до своего избрания пробыл сенатором США всего один срок.

Он был якобы племянником Джона Ф.Кеннеди, президента, убитого в 1963 году, но не входил в узкий семейный клан Кеннеди, все еще активный в американской политике. На самом деле он приходился ему двоюродным племянником и единственным в этой разветвленной семье, унаследовавшим обаяние двух своих знаменитых «дядей» — Джона и Роберта Кеннеди.

Фрэнсис Кеннеди оказался вундеркиндом в области права, в двадцать четыре года став профессором Гарвардского университета. Позднее он создал собственную юридическую фирму, которая объявила крестовый поход за широкие либеральные реформы в правительстве и в секторе частного бизнеса. Юридическая фирма не давала больших доходов, что для него было не так уж важно, поскольку он получил в наследство значительное состояние, но и не принесла ему национальной славы. Он сражался за права национальных меньшинств, за благосостояние экономически ущемленных, защищал беспомощных.

Все эти добрые дела не обеспечили бы ему никакой политической выгоды, если бы не другие его качества. Он был очень красив, с эдакими бархатными синими глазами и замечательной черной шевелюрой. Он обладал острым умом и таким чувством юмора, которое обезоруживало его противников без всякого намека на какие-нибудь угрозы. Кеннеди никогда не бывал напыщенным и властным, был хорошо осведомлен в науках и изящных искусствах и превыше всего на свете ценил человеческие качества.

Однако самым важным оказалось его необыкновенное воздействие на телевизионную аудиторию: на экране он выглядел завораживающе. Именно это качество и фамилия Кеннеди дали ему президентский пост. Предвыборной кампанией руководили четверо его друзей: Кристиан Кли, Артур Викс, Юджин Дэйзи и Оддблад Грей — которые и вошли в его личный президентский штаб.

Когда Фрэнсис Кеннеди был выдвинут кандидатом от демократической партии в президенты, он совершил невероятный поступок. Вместо того, чтобы положить полученное им наследство на закрытые счета в банке, он отдал его на благотворительные цели. Его жена и дочь имели свои вклады, обеспечивающие их, сам же он был достаточно талантлив, чтобы заработать себе на благополучную жизнь собственными силами. Как он утверждал, это не было большей жертвой с его стороны, чем со стороны одного из его соперников, но он хотел послужить в некотором роде примером. Таково было одно из его главных убеждений — ни один гражданин страны не должен обладать чрезмерным состоянием. Фрэнсис Кеннеди не был коммунистом, он верил в то, что каждый человек должен иметь возможность обеспечивать свою жену и детей, свою семью, но с какой стати один человек должен владеть миллиардом долларов? Его поступки и высказывания принесли ему восхищение миллионов и ненависть нескольких тысяч.

Ожидались большие перемены, но, к сожалению, избранный одновременно с Кеннеди конгресс, в котором большинство имела демократическая партия, не захотел принять его честолюбивую социальную программу. Выступая в телевизионных программах, Фрэнсис Кеннеди обещал каждой семье дом или квартиру, объявил чрезвычайную программу в области образования, гарантировал каждому гражданину равное медицинское обслуживание, заверял, что богатая Америка создаст невод экономической безопасности, который будет вылавливать тех, кто оказался на дне общества. Эти обещания с экрана телевизоров при завораживающем голосе и внешней привлекательности Фрэнсиса Кеннеди возбуждали избирателей. Когда он стал президентом, то попытался выполнить свои обещания, однако конгресс нанес ему поражение.

В эту Страстную пятницу он встречался со своим штабом, главными советниками и вице-президентом, чтобы сообщить им новость, которая, как он знал, их расстроит.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Тень гоблина
Тень гоблина

Политический роман — жанр особый, словно бы «пограничный» между реализмом и фантасмагорией. Думается, не случайно произведения, тяготеющие к этому жанру (ибо собственно жанровые рамки весьма расплывчаты и практически не встречаются в «шаблонном» виде), как правило, оказываются антиутопиями или мрачными прогнозами, либо же грешат чрезмерной публицистичностью, за которой теряется художественная составляющая. Благодаря экзотичности данного жанра, наверное, он представлен в отечественной литературе не столь многими романами. Малые формы, даже повести, здесь неуместны. В этом жанре творили в советском прошлом Савва Дангулов, Юлиан Семенов, а сегодня к нему можно отнести, со многими натяжками, ряд романов Юлии Латыниной и Виктора Суворова, плюс еще несколько менее известных имен и книжных заглавий. В отличие от прочих «ниш» отечественной литературы, здесь еще есть вакантные места для романистов. Однако стать автором политических романов объективно трудно — как минимум, это амплуа подразумевает не шапочное, а близкое знакомство с изнанкой того огромного и пестрого целого, что непосвященные называют «большой политикой»…Прозаик и публицист Валерий Казаков — как раз из таких людей. За плечами у него военно-журналистская карьера, Афганистан и более 10 лет государственной службы в структурах, одни названия коих вызывают опасливый холодок меж лопаток: Совет Безопасности РФ, Администрация Президента РФ, помощник полномочного представителя Президента РФ в Сибирском федеральном округе. Все время своей службы Валерий Казаков занимался не только государственными делами, но и литературным творчеством. Итог его закономерен — он автор семи прозаико-публицистических книг, сборника стихов и нескольких циклов рассказов.И вот издательство «Вагриус Плюс» подарило читателям новый роман Валерия Казакова «Тень гоблина». Книгу эту можно назвать дилогией, так как она состоит из двух вполне самостоятельных частей, объединенных общим главным героем: «Межлизень» и «Тень гоблина». Резкий, точно оборванный, финал второй «книги в книге» дает намек на продолжение повествования, суть которого в аннотации выражена так: «…сложный и порой жестокий мир современных мужчин. Это мир переживаний и предательства, мир одиночества и молитвы, мир чиновничьих интриг и простых человеческих слабостей…»Понятно, что имеются в виду не абы какие «современные мужчины», а самый что ни на есть цвет нации, люди, облеченные высокими полномочиями в силу запредельных должностей, на которых они оказались, кто — по собственному горячему желанию, кто — по стечению благоприятных обстоятельств, кто — долгим путем, состоящим из интриг, проб и ошибок… Аксиома, что и на самом верху ничто человеческое людям не чуждо. Но человеческий фактор вторгается в большую политику, и последствия этого бывают непредсказуемы… Таков основной лейтмотив любого — не только авторства Валерия Казакова — политического романа. Если только речь идет о художественном произведении, позволяющем делать допущения. Если же полностью отринуть авторские фантазии, останется сухое историческое исследование или докладная записка о перспективах некоего мероприятия с грифом «Совершенно секретно» и кодом доступа для тех, кто олицетворяет собой государство… Валерий Казаков успешно справился с допущениями, превратив политические игры в увлекательный роман. Правда, в этом же поле располагается и единственный нюанс, на который можно попенять автору…Мне, как читателю, показалось, что Валерий Казаков несколько навредил своему роману, предварив его сакраментальной фразой: «Все персонажи и события, описанные в романе, вымышлены, а совпадения имен и фамилий случайны и являются плодом фантазии автора». Однозначно, что эта приписка необходима в целях личной безопасности писателя, чья фантазия парит на высоте, куда смотреть больно… При ее наличии если кому-то из читателей показались слишком прозрачными совпадения имен героев, названий структур и географических точек — это просто показалось! Исключение, впрочем, составляет главный герой, чье имя вызывает, скорее, аллюзию ко временам Ивана Грозного: Малюта Скураш. И который, подобно главному герою произведений большинства исторических романистов, согласно расстановке сил, заданной еще отцом исторического жанра Вальтером Скоттом, находится между несколькими враждующими лагерями и ломает голову, как ему сохранить не только карьеру, но и саму жизнь… Ибо в большой политике неуютно, как на канате над пропастью. Да еще и зловещая тень гоблина добавляет черноты происходящему — некая сила зла, давшая название роману, присутствует в нем далеко не на первом плане, как и положено негативной инфернальности, но источаемый ею мрак пронизывает все вокруг.Однако если бы не предупреждение о фантазийности происходящего в романе, его сила воздействия на читателя, да и на правящую прослойку могла бы быть более «убойной». Ибо тогда смысл книги «Тень гоблина» был бы — не надо считать народ тупой массой, все политические игры расшифрованы, все интриги в верхах понятны. Мы знаем, какими путями вы добиваетесь своих мест, своей мощи, своей значимости! Нам ведомо, что у каждого из вас есть «Кощеева смерть» в скорлупе яйца… Крепче художественной силы правды еще ничего не изобретено в литературе.А если извлечь этот момент, останется весьма типичная для российской актуальности и весьма мрачная фантасмагория. И к ней нужно искать другие ключи понимания и постижения чисто читательского удовольствия. Скажем, веру в то, что нынешние тяжелые времена пройдут, и методы политических технологий изменятся к лучшему, а то и вовсе станут не нужны — ведь нет тьмы более совершенной, чем темнота перед рассветом. Недаром же последняя фраза романа начинается очень красиво: «Летящее в бездну время замедлило свое падение и насторожилось в предчувствии перемен…»И мы по-прежнему, как завещано всем живым, ждем перемен.Елена САФРОНОВА

Валерий Николаевич Казаков

Детективы / Политический детектив / Политические детективы