Читаем Четверть (СИ) полностью

Собственная заключалась в почти полном контроле над любого рода жидкостями и не требовала ни заклинаний, ни концентраторов.

Было познавательно.

***

— Поттер, где ты шляешься?

— А тебе-то что?

— Мне — ничего. Тебя Двэйн обыскался.

— А ему что надо?

— Сопроводить тебя к директору.

— А…

— Если ты сейчас спросишь, что надо ему, я тебя укушу!

***

За все три месяца директора Гарри видел лишь несколько раз в обеденном зале. В остальном, он, похоже, почти не покидал своей башни, а может, его вообще не было в замке.

Так или иначе, а судьбой мальчика, фактически брошенного в террариум, он не интересовался от слова «совсем». Будто забыл о его существовании.

Поэтому неудивительно, что в директорский кабинет сопровождаемый старостой Гарри шел с некоторым недоумением.

***

— Э-э… добрый вечер?

Гарри огляделся, но в обозримом пространстве Магистров не наблюдалось. Зато в противоположной стене наблюдалась приоткрытая дверца, за которой кто-то чем-то шуршал.

— Прос…

Хрясь. За дверцей что-то оглушительно хрустнуло, а в следующий момент оттуда показалась светловолосая голова.

— А, Поттер… Проходи, я сейчас.

— Все в порядке?

— Абсолютно! — Магистр Адэйр наконец вернулся в кабинет целиком, закрыв за собой дверцу. — Неважно выглядишь…

Гарри только молча выдохнул. По поводу своего внешнего вида он не обольщался. Бледный, аки Яра на первой паре, с темными кругами вокруг глаз и отросшими растрепанными волосами — ну вылитый зомби из маггловских фильмов. Впрочем — внешность была последним, о чем он думал последние месяцы.

— Двэйн сказал, вы меня вызывали?

Директор хмыкнул.

— Было дело. Видишь ли, Гарри, до конца осеннего семестра осталось две недели. И я считаю, у тебя было достаточно времени, чтобы определиться…

— С чем?

— С тем, хочешь ли ты здесь остаться. Если решение, принятое тобой в сентябре, оказалось поспешным, то сейчас самое время исправить ошибку.

— То есть, вы…

— Я предлагаю тебе после экзаменов вернуться домой. Если, конечно, ты этого хочешь.

В кабинете повисла тишина. Несколько минут Гарри сидел, уставившись невидящим взглядом в пол, а затем исподлобья посмотрел на директора.

— Нет.

========== Одной цепью… ==========

День первый.

— Эй, Поттер… ты че делаешь, а?

— Помолчи…

— Слышь, если ты…

— Амрит, заткнись хоть на минуту, я думаю…

— Думает он! Да я…

— Еще один звук, и за обедом я пью имбирный чай.

— Откуда…

— Читал много. И да, я знаю, что наги не переваривают имбирь, поэтому если не хочешь провести день в обнимку с унитазом, умолкни!

— …

— Вот и договорились.

***

А начиналось все вполне себе неплохо.

Гарри — на фамильном упрямстве, не иначе — сдал все зимние экзамены на «хорошо» и «отлично». И теперь мог с чистой совестью расслабиться, тем более, что на время каникул Академия почти опустела. С первого курса в замке осталось всего пятеро, включая самого Поттера, — Хел Джей, которому нужно было готовиться к пересдаче Рунологии, тихая рыженькая девочка, о которой Гарри знал только, что зовут ее Алекса Адамиди, и братья Триверди.

Почему остались последние, Гарри не знал и знать не хотел. Он просто тихо надеялся, что в отсутствие благодарной публики они не станут до него докапываться.

И надежды его почти оправдались. Почти…

Надо сказать, что к началу каникул все страсти вокруг персоны Поттера значительно поутихли, и Гарри, оглядевшись вокруг, понял, что все совсем не так плохо, как ему казалось.

Во-первых, всеобщая травля против него оказалась вовсе не всеобщей. Насмешки и пакости исходили в основном от первых двух курсов, ибо ученики третьего-четвертого уже вошли в тот возраст, когда разборки между младшими кажутся возней в песочнице, а от пятого и выше — у студентов были интересы поважнее какого-то человеческого мальчишки, да и мозги давно встали на место.

Во-вторых, после того, как Поттер на деле доказал, что почти не уступает однокурсникам в магических способностях — а некоторых даже превосходит, благодаря интенсивной учебе — многие прониклись к нему чем-то вроде уважения. Не то, чтобы они вдруг начали им восхищаться, но по крайней мере, признали равным себе.

А в-третьих, убедившись, что Гарри теперь не просто защищается, а вполне может и сдачи дать, поостыли и самые ретивые, ибо можно было нехило схлопотать. Магия у Поттера оказалась буйная, и стоило магическому ядру раскачаться и слегка окрепнуть, как всем стало предельно ясно, что под горячую руку лучше не соваться. Потому что щиты щитами, а когда простенький Люмос внезапно оборачивается огненным шаром… И даже если Поттера после исключат или накажут, тебе будет уже до лампочки.

К слову, преподаватели, заметив у него эти «взбрыки», быстренько посовещались, пришли к выводу, что это следствие резкого старта — еще бы! Десять лет ребенком никто не занимался, а тут сразу такие нагрузки! — и назначили Поттеру дополнительные занятия для развития контроля и концентрации.

Вот на одно из этих занятий Гарри и шел в компании Хел Джея, направлявшегося в библиотеку, когда из-за поворота на них вырулили два братца-молодца одинаковых с лица. Хмурые, злые и очень чем-то раздраженные.