Читаем Четверо со «Сринагара» полностью

Забавно иногда бывает проследить цепочку человеческих рассуждений: мысль о справедливости ассоциировалась в моем мозгу с законом, закон — с целой армией его служителей: юристов, прокуроров, адвокатов — крючкотворов и ловкачей, способных белое сделать черным, а черное — белым. И все это заставило меня вспомнить о Ральфе — Ральфе Митчелле, как представила мне его Эрлэйн, который вышел из дома Сильвермана прошлой ночью, когда я явился туда. Адвокат Сильвермана, по крайней мере, один из его адвокатов или даже единственный из них, потому что для жульнических махинаций крупного масштаба, включающих в себя проведение сложных легальных и полулегальных маневров, абсолютно необходим человек, разбирающийся в подобных делах. А Ральф, по словам Эрлэйн, являлся членом корпорации юристов: Сильверман был его наиболее важным клиентом. Возможно также и то, что я иду по ложному следу, а игра даже еще и не начиналась, возможно, что Сильверман — это ангел во плоти... Впрочем, я в этом сомневался. Зато я теперь знал совершенно точно, куда я еду!

Эрлэйн приглашала меня вчера вечером навестить ее, но второпях позабыла сообщить мне свой адрес. У поворота на Сассет бульвар я съехал с шоссе и попытался отыскать фамилию Митчелл в телефонной книге у ближайшей бензоколонки. Я чувствовал, что мне надо торопиться. Нельзя было терять ни минуты времени, мне надо было закончить это дело немедленно, сейчас, сегодня, иначе завтра я уже буду мертв.

Какой-то Ральф Митчелл значился в книге по Мейлвуд Вэй, и я попробовал позвонить по этому номеру. После нескольких безрезультатных звонков, когда я уже готов был повесить трубку, кто-то подошел к телефону. Голос был женский, но звучал он хрипло и глуховато.

— Эрлэйн? — спросил я.

— Да-а... К-кто это?

— Шелл Скотт.

— О-о, Скотт... Хи-и... — даже по телефону ощущалось, что она нагрузилась до самых бровей.

— Ральф дома?

— Ральф?.. Не Ральф, а вонючка! Ослиный зад!

— Что такое? В чем дело? Вы что, поссорились?

— Угу, поссорились... И черт с ним! Не порть мне настроение... Я сейчас шикарно пьянствую! Давай приезжай, составишь мне компанию...

— Сейчас приеду, Эрлэйн. Но только не напивайся в стельку, ладно? Мне надо с тобой поговорить.

— А я уже добралась до с-стельки...

— Так протрезвей!

— Хо-хо, бой! Ты что, серьезно, Скотт... Скотти?

— Да, очень серьезно.

— Ладно... — несколько минут в трубке царило молчание, во время которого она думала. Или добавила очередную порцию. — Пожалуй, я могла бы немного попариться... Хотя не думаю, чтобы это принесло пользу....

— Что бы ты смогла?

— Попариться. У Ральфа здесь большая паровая комната. Входишь в нее и пускаешь пар. Здорово, верно?

— Конечно, здорово! Иди попарься или делай все что хочешь, но только протрезвей! Будь умницей! Я приеду через пять минут!

— О'кей!

— А ты уверена, что Ральфа нет дома?

— Если бы он был дома, разве я бы пригласила тебя приехать и разделить со мной выпивку?

— Верно. Да, и приготовь побольше черного кофе!

— Ладно... — она объяснила мне, как до нее доехать.

— Гуд бай, Скотти! — сказала она.

— Гуд бай, — бросил я в трубку.

Я бы мог добраться до нее быстрее, но я не спешил, так как надеялся, что несколько минут помогут Эрлэйн как следует просвежить мозги. Она была молодец, хотя я здорово опасался, что она скатится еще ниже, чем было до сих пор.

Дом Ральфа Митчелла находился довольно далеко в незнакомом мне районе. Эрлэйн сказала, что он расположен на Мэйлвуд Вэй, не доезжая нескольких кварталов до частной больницы «Мартин Мемориал Госпитал», что находится он в стороне от дороги и скрыт за деревьями и кустами. Несмотря на такие точные координаты, я, конечно, пропустил дом Митчелла и с трудом нашел этот госпиталь, названный в честь какого-то Мартина. Пришлось разворачиваться и возвращаться назад. Перед домом не было ни указателя, ни таблички с номером, почему я, очевидно, и пропустил его, но выглядел он шикарно.

Это было массивное двухэтажное здание, выстроенное из дикого камня и кирпича, куда солиднее, чем госпиталь. На мой взгляд" в нем было никак не меньше сорока комнат. Дом утопал в густой зелени обширного парка, окруженный тенистыми лужайками и очаровательным ландшафтом. Я никак не ожидал, что у простого адвоката может быть такая роскошная резиденция. Дом был расположен в северном конце квартала и кроме него, никаких зданий здесь больше не было. Железная ограда окружала усадьбу со всех сторон, а от ворот до дома тянулась бетонированная автомобильная дорожка.

Я остановил машину у высоких ворот и нажал кнопку звонка. Через минуту замок щелкнул и ворота открылись, пропустив меня в парк. Я вошел, захлопнув за собой ворота, и направился к дому.

Эрлэйн встретила меня в дверях, одетая не то в просторную белую рубаху, не то завернутая в махровую турецкую простыню — я не разобрал в полумраке прихожей.

— Эй! — сказала она. — Вот и ты!

— Вот и я, — сказал я.

— А я не ожидала тебя так скоро. Я хочу сказать, так скоро после нашей вчерашней встречи... Ну, ты понимаешь, что я имею в виду.

— Кажется, понимаю, — ответил я.