— Нет, но он мог быть просто передаточным звеном. Выполнять при Пехотинце функции курьера. Он вьетнамец. Знак в виде арбалета заимствован из их популярной народной сказки. В этой истории арбалет, выстреливая, мог поразить зараз десять тысяч человек. «Призраки усопших» считают себя очень могущественной организацией. Они широко используют символы, мифы, магические ритуалы. Как я уже упомянул, этот парень и его хулиганствующие товарищи проводят большую часть времени в кофейнях. Играют в «тьен-лен», потягивают кофе по-вьетнамски. Банда перебралась в Нью-Йорк из округа Ориндж, в Калифорнии. Начиная с семидесятых годов в этом округе обосновалось свыше ста пятидесяти тысяч вьетнамских беженцев. Эта нью-йоркская группировка предпочла преступную деятельность, окрашенную национальным колоритом. Переброска незаконных иммигрантов (их называют «змеиными головами»), махинации с кредитными карточками, воровство программного обеспечения и деталей компьютеров. Это для тебя что-то проясняет?

— Конечно, проясняет! — кивнул я.

Бернс вручил мне другую папку.

— Вот это, возможно, тоже пригодится. Это информация о бывшем главаре банды.

— О Тран Ван Лю?

Бернс кивнул.

— Я тоже воевал в Азии в шестьдесят девятом и семидесятом. Служил в морской пехоте. И у нас тоже были свои отряды разведчиков. Их забрасывали на вражескую территорию — точь-в-точь как Старки с компанией. Вьетнамская война была партизанской, Алекс. Некоторые из наших тоже действовали, как партизаны. Их задачей было сеять страх и разрушение в тылу врага. Это были жесткие, бесстрашные люди, но очень многие из них сделались на удивление невосприимчивыми к чужим страданиям. Зачастую они практиковали ситуационную мораль.

— Сеять страх и разрушение? — переспросил я. — Ты ведь толкуешь о терроризме, разве не так?

— Да, — кивнул Бернс. — Именно так.

Глава 106

На сей раз в штат Колорадо меня откомандировало ФБР. Отныне это дело стало для Рона Бернса и его делом. Он хотел знать того или тех, кто стоял за длинной цепью убийств.

Изолятор для особо опасных преступников в городе Флоренс произвел на меня столь же угнетающее впечатление, что и в первый раз. Вступив на территорию тюремной зоны особого режима, я оказался под неусыпными взорами охранников за пуленепробиваемыми наблюдательными окнами. Двери в помещении были окрашены довольно необычным образом, в оранжевый либо мятно-зеленый цвет. В песочно-желтые стены с интервалом в десять футов были вделаны видеокамеры.

В камере, где я встретился с Тран Ван Лю, имелись стол и два стула — все это было привинчено к полу. На сей раз его привели ко мне трое охранников в бронежилетах и толстых перчатках. У меня сразу возник вопрос, не произошло ли за это время каких эксцессов? Не было ли проявлений насилия или других неприятностей с его стороны?

На время нашего свидания запястья и лодыжки Лю сковали кандалами. Седые волосенки, свисавшие с его подбородка, казались еще длиннее, чем при нашем предыдущем свидании.

Я вынул из кармана куртки тот самый клочок пиджака защитного цвета, что дал мне Бернс.

— Ответьте: что это? Только на сей раз уже без дураков.

— «Духи усопших». Вам ведь об этом и так известно. Арбалет — это просто фольклор. Всего лишь эмблема, дизайн.

— А соломенная кукла?

С минуту он хранил молчание. Я заметил, что руки Лю сжались в кулаки.

— По-моему, я говорил вам, что был разведчиком в американской армии. Иногда военные оставляли в селениях визитные карточки. Одна, как я помню, представляла собой череп и скрещенные кости, со словами: «Когда сильно любишь, отдаешь самое лучшее». Американцы считали, что это очень смешно.

— Что означает соломенная кукла? Это ваша визитная карточка? Ее оставляли на месте убийства? Или же, напротив, в домах подставляемых солдат?

Он пожал плечами:

— Может быть. Это вы мне расскажите, детектив. Я не был на месте убийств.

— Что означает эта визитная карточка? Соломенная кукла?

— Много всего, детектив. Жизнь не так проста. Она не просто набор звуковых фрагментов и заранее известных решений. В моей стране религиозное сознание народа гибко и пластично. Наши религии — это буддизм, пришедший из Китая и Индии, даосизм, конфуцианство… Самая древняя — культ поклонения предкам. Это самое давнее народное верование по всему Вьетнаму.

Я напоминающе постучал пальцем по обрывку пиджака.

— Соломенные куклы принято сжигать или пускать вниз по реке. Это часть ритуала почитания мертвых. Те, кто был убит или после смерти не был погребен надлежащим образом, превращаются в призраков, в духов зла. Соломенная кукла — это грозное, предостерегающее послание, напоминающее обидчику, что по справедливости на месте куклы надлежит быть ему.

Я кивнул.

— Расскажите мне все, ради чего я приехал. Я не хочу возвращаться сюда снова.

— А это и ни к чему. Мне нет никакой нужды исповедоваться. Это, скорее, западная концепция.

— И вы не чувствуете никакой вины за случившееся? За то, что умерли невинные люди?

— И будут умирать впредь. Чего вы от меня хотите? Неужели и впрямь думаете, что я перед вами в долгу по причине вашей блестящей детективной работы?