Читаем Честь взаймы полностью

– Но для этого их, этих людей, неплохо было бы вспомнить по именам и званиям, не так ли? – усмехнулась Фэйм. – И тут заключается уже ваша собственная слабость, милорд.

Довольная улыбка неожиданно осветила осунувшееся лицо Росса.

– Вот видите! Я не ошибался, когда называл вас отличным солдатом. Вы уловили суть и показали свое умение мыслить стратегически.

«Странно, почему он так редко и скупо улыбался в прежние годы? – размышляла мистрис Эрмаад. – Неужто жизнь лорд-канцлера была столь безрадостна?»

Конечно, политическая карьера не располагает к легкомыслию, министерская служба тоже дарует мало приятных моментов. Поговаривали, что покойная леди Джевидж, кроме вина, еще и опиум курила, а значит, и в собственном доме Россу было неуютно.

Сытому и согревшемуся, ему хотелось поболтать, поделиться впечатлениями от столицы, да и в целом лорд-канцлер пребывал в прекрасном расположении духа. А Фэйм слушала его хрипловатый простуженный голос, улыбалась в ответ на его улыбку, как могла, поддерживала беседу, но так и не решилась рассказать Россу о безумной девушке из лечебницы и маленькой девочке, его внучке. Пусть это сделает профессор Кориней, у него лучше выйдет. Нет, нет, нет, еще есть время, пусть хотя бы этой ночью милорд заснет без тягостных мыслей.

Барышня была просто чудо как хороша собой: синеглазая, румяная, свежая, можно сказать, хрустящая, словно выпавший этой ночью снежок. Она со щенячьим восторгом взирала снизу вверх на дворецкого, точно видела перед собой не обычного человека, а непостижимого небожителя.

– Что вам угодно, барышня?

– Я… эта… горничной хочу поступить. Мне агентша адресочек дала, – звонко отрапортовала девица.

– У нас вакансий нет.

– Ка-а-а-ак так? Мне же сказали… Она же обещалась…

Синие глазищи стремительно наполнялись слезами, ресницы трепетали бабочкиными крылышками, и только самый черствый негодяй сумел бы захлопнуть перед носом девушки дверь, не вызнав, отчего приключилась такая ошибка. Вот и Гергин не устоял.

– Должно быть, вы адресом ошиблись, мис…

– Мис Лур, – сквозь слезы улыбнулась девушка.

– Куда вам сказали идти?

– Улица Садовая, сказали, а чтобы не забылось, агентша из конторы написала номер. Вот!

На аккуратно вчетверо сложенном кусочке бумаги действительно было написано «19». Дворецкий вертел доказательство в руках до тех пор, пока не понял, в чем вышла промашка:

– Вам, милая барышня, нужно искать дом номер 61, это дальше по улице.

– Да-а-а?!

– Точно! Вы в листочек неправильно глянули.

Девица зачарованно проделала фокус с цифрой-перевертышем, радуясь, точно маленький ребенок:

– Ну надо же! Вот ведь штука какая! Ну спасибо вам, дядечка! Я тогда побежала!

Барышня подхватила свой жестяной сундучок, послала на прощание воздушный поцелуй и вприпрыжку поскакала вверх по Садовой улице.

Утро только начиналось, и суровый Гергин счел появление хорошенькой юницы добрым знаком, сулящим ему лично и всем обитателям дома номер 19 беспечальный денек.

Но не прошло и получаса, как в двери черного хода снова вопросительно звякнул колокольчик. На пороге стояла та же самая девушка, но она уже не улыбалась, и на щеках ее стыли дорожки пролитых слез.

– Опередили меня, другую взяли, – уныло молвила она и хлюпнула носом. – А вам таки совсем-совсем не нужна горничная? А?

Мис Лур была такая хорошенькая, такая славная и наивная, что твердокаменная решимость дворецкого отказать просительнице самым неожиданным образом дала трещину.

– А форменное платье у тебя есть? – строго спросил он.

– Аж три штуки! – пискнула девчонка и быстро-быстро затараторила, повторяя заученное ранее: – Простое платье из хлопчатой ткани для надевания по утрам, черное платье с белым чепцом и фартуком и выходное платье. Могу показать!

Она хотела было открыть сундучок, но дворецкий ее остановил:

– Хорошо, хорошо. А рекомендации есть?

В приличный дом, тем паче в дом к магу, абы кого с улицы, да еще и без рекомендации, не взяли бы никогда.

– Токмо фахогильские, но зато целых две, – озарилось широкой улыбкой личико мис Лур. – Держите!

Разумеется, фамилии провинциальных леди ничего Гергину не сказали, но если судить по почерку и качеству бумаги, то работала барышня у людей небедных.

– Пойду спрошу у хозяина, – молвил тот и направился к лестнице, ведущей наверх, на хозяйский этаж.

– Ага, ага, вы уж там спросите, вы уж там скажите, что все рекомендации на месте, и платья есть, и две пары туфель, и еще скажите, что работы я не боюсь, – лопотала девица, провожая искрящимся взглядом широкую спину Гергина, обтянутую фраком.