Поэтому нет нужды пересказывать все те слова, которые сорвались с губ бывшего капитана рейнджеров, когда он обнаружил, что Лалил ушла. Матерные обороты по достоинству оценили бы только сослуживцы-рейнджеры, и то лишь те, которые не полегли в бешеных атаках на кехтанские форты. Излив таким образом свое разочарование и… можно даже сказать – горе, Гриф тут же напился до полусмерти. Пил целую ночь, потом сутки отсыпался, а проблевавшись и протрезвев, решил найти девчонку любой ценой. Мужчина он или койот паршивый? Мужчина, конечно. А кроме того, еще и сыщик не из последних.

Разумеется, Лалил могла отправиться куда угодно, но самая современная, самая прямая и самая быстрая дорога из Фахогила была проложена стальными рельсами и вела в столицу Империи. Так вот бывший капитан имперских рейнджеров готов был съесть свою «счастливую» шляпу вместе с кокардой, что девчонка, его девчонка, отправилась именно туда.

Глава 10

Заботы наши

Добрая мистрис Филфир всегда подавала ужин ровно в шесть часов вечера, каким-то чудом приучив профессора Коринея к регулярному питанию. Завтрак точно в семь утра, обед в два пополудни и ни мгновением позже, и ужин, разумеется, тоже своевременно. Пожалуй, для желудка это было даже полезно, но каждый раз, когда ровно без десяти минут до означенного часа в пузе у Ниала начиналось бурление от выделяемых соков, он приходил в тихую ярость:

– Зачем только этот живодер Калпанна мучит несчастных собак, когда в опыты можно смело брать меня?

– Вы бы согласились ходить с фистулой? – изумился Кайр, откладывая в сторону вилку.

Смех смехом, а профессор мог ради науки пожертвовать не только временем, но и здоровьем.

– Псин жалко, – буркнул тот и вгрызся в сочную телячью котлетку. – Да вы кушайте, кушайте, юноша, у нас впереди целая ночь бдений.

Приглашение в гости от Коринея считалось в университетской среде большой честью, он редко кого привечал на дому, почитая подобную близость с коллегами и учениками сродни не нужной никому фамильярности. Но в данном случае на Кайра Финскотта возлагались обязанности ассистента и помощника в предстоящем тайном деле, а ужин прилагался в качестве приятного дополнения и поощрения. Посему студент трескал за обе щеки все, до чего сумел дотянуться. Под одобрительное чавканье профессора, естественно.

– Рубай, рубай, чтобы мне меньше досталось. И так скоро новые штаны придется расшивать на животе. Хоть каждый день зазывай сюда школяров столоваться, а то ведь лопну в одночасье.

А вот графинчик с терновой наливкой Ниал решительно отставил в сторонку и Кайлу запретил даже рюмочку пропустить для аппетиту.

– Для варения колдовского зелья нужна ясная голова и твердая рука, – назидательно заявил он.

В доме у пунктуальной вдовы Филфир университетский профессор снимал весь второй этаж, где, кроме обширной спальни, гардеробной, гостиной, ванно й и кабинета, оборудована была еще и лаборатория. Именно туда и отправились они с Кайром по завершении обильной трапезы.

Шкаф, в котором хранились ингредиенты для колдовских опытов, специально выкрашенный в черный цвет, запирался к тому же на два висячих замка.

– Вы же…

– Да, я отрекся, я не практикую и почитаю всех колдунов зловредными сволочными ж-ж-ж… задницами, но! – Профессор назидательно поднял палец. – Я не перестал быть магом. Мой дар по-прежнему со мной, он никуда не делся. Видите ли, мой юный друг, когда-то давным-давно, вас тогда и на свете не было, довелось мне беседовать с одним интереснейшим господином… Надевайте-ка халат, прячьте ваши лихие кудри под колпак, нечего тут волосней трусить…

Мэтр всегда работал неспешно и к делу подходил куда как обстоятельно. Вот и сейчас он сначала облачился в свой необъятный зеленый саван, потом тожественно извлек из тайника ключи от замков, затем открыл шкафчик и стал осторожно доставать оттуда аккуратно подписанные банки с необходимыми компонентами для зельеварения.

– Господин сей имел стабильный и немалый доход, несколько магазинов, меняльную контору, можно сказать, процветал и считался всеми уважаемым членом общества. Что, в общем-то, удивительно, ибо в годы юности он грабил почтовые кареты, то бишь разбойничал вовсю. М-да… Вы не стойте, как девица на смотринах, помогайте, помогайте, сударь мой Кайр. Расставляйте флаконы на полочке согласно во-о-от этому списку.

Кайр покосился на протянутый листок и только лишь не присвистнул от удивления: сорок четыре пункта – это вам не шуточки!

– Так вот он поведал мне одну интересную вещь, которую я запомнил на всю жизнь. «Вот я живу сейчас честно, – сказал он. – Налоги плачу в казну, законы не нарушаю, слово, данное партнеру, держу крепко, но в душе я преступник, разбойник и вор. Каким был, таким и остался, только я своего «злодея» посадил в клетку и держу его там безвылазно». Вот и я своего «гада колдовского» в террариуме замкнул. На цепи сидит и в наморднике, голодный и замученный, но живой, скотина, и неубиваемый.