Читаем Честь Рима полностью

Он сделал паузу и стал ждать ответа, но увидев, что ветеран продолжает угрюмо молчать, он устало вздохнул и продолжил. - Ты, вероятно, думаешь, что это проверка твоей верности друзьям и верности Риму. Все твои убеждения о том, кто ты есть и что важно, поставлены на карту, и ты думаешь, что для того, чтобы быть хорошим солдатом, ты должен держать рот на замке. Позволь мне сказать тебе кое-что, Вибений. Все это – куча гнойного дерьма. Император и политики говорят простым парням вроде тебя, что идти и умирать за Юпитера Наилучшего Величайшего и честь Рима – самое сладкое удовольствие в твоей короткой жизни. Это не так. Это кроваво и страшно, и единственная причина, по которой вас посылают на подвиг или смерть, заключается в том, что какой-то болван в сенате хочет поиграть в патриота перед толпой, или какой-то богатей хочет нажиться на крови, пролитой такими, как вы. Или и то, и другое. Вы для них просто живые инструменты, которыми пользуются, пока не сломаются, а потом выбрасывают на мусорную кучу.

- Лично я, давно это усвоил. Я буду кричать «Да здравствует Рим!» вместе с остальными, но я ничем не обязан ни Риму, ни императору, ни какому-нибудь гребаному аристократическому политику. Я живу для себя, и это приносит свои плоды. Посмотри, к чему привела твоя преданность и годы хорошей службы. Дерьмовый участок болотистой земли, присоединенный к захолустной военной колонии на задворках Империи. Ты все еще стоишь на ногах только потому, что мои люди тебя держат, а твое лицо похоже на мясную отбивную. Ты заслуживаешь большего, Вибений. Ты ничем не обязан ни Риму, ни армии, в которой когда-то служил. Или товарищам, которые бросили тебя и бежали, спасая свои жизни. Ты должен сам спасти себя и быть вознагражденным.

Он похлопал пленника по плечу. - Сейчас. Есть несколько вещей, которые ты должен мне рассказать, и тогда все закончится. Я прикажу моему хирургу перевязать твои раны. Мы дадим тебе хороший свежий плащ и кошелек, наполненный серебром, и угостим тебя несколькими напитками, прежде чем отправим в путь. Если ты действительно хочешь, ты можешь вернуться к своим друзьям. Как тебе это?

Вибений поднял голову. Его рот слегка приоткрылся, и раздался сухой хриплый звук, когда он попытался заговорить.

- Что-что? - Мальвиний подошел ближе.

Вибений попытался снова, и Мальвиний наклонил голову, пытаясь разобрать слова. Ветеран вдруг плюнул Мальвинию в щеку, и ухмылка расплылась по его окровавленному лицу, когда главарь банды отступил с выражением отвращения, вытирая щеку тыльной стороной ладони. Хищный блеск вернулся в его глаза, когда он обратился к Пансе.

- Делай, что должен. Но добейся от него правды. Убедись, что он знает, что так или иначе умрет, и лучшее, на что он может надеяться, - это быстрая смерть, если он даст нам нужную информацию. Если он попытается быть храбрым, я хочу, чтобы вы показали ему, сколько мучений это повлечет за собой. Честно говоря, я не думаю, что он выдержит больше пары часов в твоих руках.

Панса улыбнулся.

- Поверьте мне. Я поработаю над ним как следует, господин.

- Я собираюсь выпить на другой стороне улицы. Доложи мне, когда закончишь здесь.

**********

Прошло меньше часа, прежде чем Панса появился на пороге трактира, который Мальвиний заставил открыть, чтобы его обеспечили вином и едой. Время от времени из-за стены бани доносились крики агонии или громкие стоны, пока Панса занимался своей работой. Когда он вошел, его приспешник вытирал окровавленные руки о тряпку, а на его лице и открытых участках кожи виднелись пятна крови.

Мальвиний проглотил пирог, который он жевал, и вытер крошки с губ.

- Что-ж я слушаю.

- Он сказал, что не является одним из людей Цинны.

- Я так и предполагал, - лукаво ответил Мальвиний. - Так что же делает этот гребаный ветеран в одежде моего цвета? Полагаю, остальные, которых вы видели вместе с ним, тоже ветераны.

Панса кивнул.

- Он подтвердил и это. Есть еще кое-что. Один из моих соглядатаев был здесь в ночь, когда сожгли баню. Он утверждает, что видел, как наш человек Вибений был среди тех, кто сжег терму.

- Так, так. - Мальвиний почесал щеку. - Похоже, у нас их больше, чем та группа, с которой ты столкнулся. Мне это не нравится. - Он нахмурился на мгновение, глубоко задумавшись, а затем продолжил. - Они носили цвета Цинны, когда напали на мою баню. Хотели, чтобы я подумал, что за этим стоит Цинна, чтобы я пошел на него войной. Теперь ясно, что они также использовали наши цвета, чтобы подстрекать Цинну.

- Зачем им это делать, господин? И кто эти ублюдки?

- Новая банда, возможно. Размешивает дерьмо, чтобы ослабить меня и Цинну, прежде чем они наберут силу, чтобы закончить дело.

Панса поднял брови.

- Я ничего не слышал о том, что в Лондиниуме появилась новая банда.

- Я тоже. Но кто-то затеял играть интриги против обеих сторон, и я хочу знать, кто они, и где их найти. А потом я получу огромное удовольствие от того, что ты переломаешь им все кости, прежде чем перережешь их гребаные глотки.

- Да, господин.

- Ты узнал что-нибудь еще от Вибения?