– Да что у тебя за работа? Целый день ходить по замку и своим трагичным взглядом соблазнять горничных? Или на ужине надменно сидеть во главе стола?

– Я командую армией. Я чищу здешних.

– А я чищу нездешних.

– И кто будет это делать за меня?

– Я могу. Пока здесь, заменю тебя. Опыт у меня большой. – Он закинул ногу на ногу и откинулся на спинку уличной скамьи. – Ты же даже руки свои королевские почти не мараешь. Они друг друга порешат, кто последний, тот и мается. У меня получится.

Я задумался.

– Наверное, ты прав, друг. Лучше мне уехать на время. Барвинок твой до добра меня не доведёт.

– А я тебе его больше и не дам. А то приеду в следующий раз, а Венс лежит в своих шикарных хоромах сухой, как мумия. И попрёт меня королева из замка или четвертует под горячую руку и в огонь. Или ещё хуже, заставит себя ублажать вместо тебя!

– Я не ублажаю её, Вик, а за такие слова и под трибунал можно.

– Можно. Всё можно. Да только не верю я в ваши сказки. Не верю. Да и как же ты тогда без меня со своим разбитым сердцем! – рассмеялся он.

Мы молчали несколько минут. Вода в озере рядом с нами была прозрачной, как слеза. На дне лежали камни и ракушки, которые я привёз с моря. Они уже покрылись слизью.

– Куда поехать? – спросил я.

– Мне всё равно, езжай куда хочешь.

– Куда я хочу, мне нельзя.

– Почему это?

Мы обменяли взглядами. Его глаза, как всегда, были холодной бирюзой.

– Ты думаешь, стоит? – усомнился я.

– А почему нет?

Его прямолинейность забавляла меня и во многом помогала признаться себе в том, в чём я сам признаться боялся.

– Извини, мне нужно прогуляться одному. – Я взял трость и шляпу, направился к лесу.

Вик всегда твёрдо знает, что делает, иногда мне казалось, будто он специально воспитал в себе этот твёрдый характер. Он не даёт себе возможности сомневаться – он охотник, для него промедление подобно смерти. Нет времени, чтобы ждать. А я последние десятилетия только и жду. Чего же? Могу ли я вот так поехать туда? Какое безрассудство! Вдруг кто-то из них увидит меня, узнает? С другой стороны, почти никого уже нет в живых… Кто знает, может, рискнуть? Только это ничего не принесёт мне, кроме тоски.

Сосновый лес безмолвно кивал головами.

<p>2</p>