Читаем Чертоги солнца полностью

Потом начались беседы ни о чём. Я уже обрадовалась, что у меня получится молча отсидеться, но тут стали говорить о мудрости королевы и, как назло, спросили меня, надеялась ли я на освобождение? Они, наверное, ждали, что я паду ниц, восхваляя её доброту. Опустив взгляд в стол, я стала подыскивать подходящие слова, вместо меня ответил Венс. Сказал что-то про признательность и его тайную уверенность в благополучном исходе дела, хотя я была там и знала, что уверен он в этом никогда не был. Потом я поняла, что меня мутит. Был ли тому виной ненавистный бокал человеческой крови или невероятная затхлость воздуха и общества – не знаю. Следом за этим я почувствовала, что у меня начинается не то зуд, не то психоз, но что бы ни было, это не давало мне спокойно сидеть.

Музыка, которую играл скромный квартет, стала громче. Всё было допито, и, видя, что мне нестерпимо скучно, Венс пригласил меня на танец. Я грустно улыбнулась, собрала оставшиеся силы и встала, опершись на его руку. Вспоминая по ходу, как вальсировать, я скромно начала кружиться у края зала, ведомая Венсом, а когда танец закончился, бросила беглый взгляд на балкон и там увидела его.

Он стоял на балконе, опершись на перила, спиной ко мне. На нём был светло-серый блейзер, оттеняющий золотистые локоны. Мне нужно было поблагодарить Виктора. Уже вернулся? Я сказала Венсу, что пойду подышать, он отпустил меня, и на моё место тут же подскочил какой-то высокий сморщенный псевдоаристократ и начал что-то увлечённо ему рассказывать. Я робко подобралась к Виктору, и тут свежий ветер хлынул мне в лицо. Я наконец-то смогла глубоко вдохнуть. Вик меня, конечно, заметил раньше, но почему-то не подошёл. Проигнорировал меня. Я с шумом вдохнула воздух:

– Интересно, как существует этот замок? Тут, конечно, лес, но замок же старый? Почему о нём никто не знает?

Виктор смотрел перед собой в ночную мглу.

– Здесь купол, его держит королева.

– Это её сила?

– Да, это сила старшей крови, может быть, сила коронованной, точно не знаю. Но здесь наш мир непроницаем для людей.

– Ого…

Вик молчал.

– Спасибо за цветы, – тихо произнесла я.

Он кивнул, не оборачиваясь.

– И за Дениса спасибо. Ты его спас. Дважды.

Снова кивнул. Он не смотрел на меня, ни одного взгляда. Как будто я со стеной разговариваю.

– Что-то не так?

– Нет. Я просто не в духе, не хочу ни с кем говорить, – медленно ответил он, не отрывая взгляда от горизонта.

– Что-то случилось? Может, я могу помочь? – насторожилась.

– Вряд ли. – Он покачал головой.

– Хандра? – неуклюже пошутила я и постаралась улыбнуться.

Я подошла к нему и тоже облокотилась на ограждение. Было очевидно, что с ним что-то не так. Сегодня Виктор производил другое впечатление. Не очень похож на охотника, от которого невозможно скрыться. Он был похож на уставшего грустного человека. Да, именно человека. Хотя его кожа всё так же странно призрачно-бледно светилась во тьме.

– А почему бы и нет, – коротко ответил Вик.

– Ну, ты делаешь важную работу, – промямлила я.

– Делаю, – согласился он, – бегаю по свету, чтобы мои мысли не успели догнать меня.

Его голос прозвучал тихо сквозь тьму осенней ночи. Из-за этого он казался ещё печальнее. Я не ожидала таких слов.

– Такой вариант мне в голову не приходил, – ответила я.

Странно, похоже, мы оба мотаемся туда-сюда, чтобы убежать от одного и того же. От себя?

– И что тебя заставляет так поступать?

– Думаешь, стоит об этом говорить? – Он поднял правую бровь.

– Извини, – я замялась, – только хотела разговор поддержать…

– Да ничего. – Он наконец-то развернулся ко мне лицом и примирительно улыбнулся. – Конечно, мне бывает грустно и одиноко, это нормальные чувства, но я и правда не из тех, кто будет сидеть и вздыхать под луной. Хотя раньше у меня для этого была неплохая компания.

– Это мило, – улыбнулась я в ответ.

– А ты разве совсем ничего не помнишь? – вдруг спросил он.

– Не помню чего? – удивилась я.

– Венс просил меня следить за тобой. А ты говорила, что не хочешь спать, и просила погулять с тобой.

– Не понимаю, о чём ты…

Виктор вновь отвернулся от меня. Я заметила в его лице злость.

– Ты надевала его одежду, сразу несколько замшевых курток друг на друга. Была жуткая мерзлячка. Я брал тебя на руки, и мы поднимались на крышу. Ты садилась, запрокидывала голову и смотрела на луну и звёзды. Надо признать, что ночи тогда были гораздо темнее и красивее, чем сейчас.

– Что? – неужели это правда. – Мы с тобой гуляли по ночам? Мы были друзьями?

– С твоей стороны, да. Ты постоянно болтала со мной, рассказывала всякие истории из книг, из своего детства, рассказывала, что произошло за день.

– О чём ты говоришь? – Я была в замешательстве.