Читаем Черти-Ангелы полностью

Кто был бойцом невидимого фронта моей разбитой любви? Кто видел меня во всей красе, в горе и в радости, в пьянстве и в трезвости, и не отвернулся от меня? Кто встретил поздним вечером на вокзале рыдающую подругу и не бросил, а привёл ко мне домой? Кто осенью спас нас от неприятностей с милицией? В конце концов, кто не дал случиться аварии, лобовому столкновению с автобусом, рискуя своей жизнью? Вадик.

А что сделал ты? Скажи мне хоть слово. Скажи, хотя бы – зачем? Зачем предложил или, уж не знаю, как дело было, согласился подвезти нас с Вадиком? Зачем? Чтобы даже не сказать банальное «Привет»? Лишь таращился, будто совёнок, выпавший из гнезда.

– Поехали, – подошла я к Вадику. – Или лучше пешком прогуляемся?

– Да нет уж. Чё ж я зря транспорт организовал? Проедемся, на чём бог послал, – усмехнулся он.

Ты по-прежнему молчал. Так, значит? Ну, значит – так. Вот и решилось.

«18 июля.

В тот момент, когда я села на «Минскач», да и потом, во время поездки, меня не покидало, Дневник, странное ощущение. Или мысль. Не знаю, как это выразить. Ну, вот смотри.

Я ехала с пацанами, вернее между ними, словно тот «миг» из песни, «между прошлым и будущим». И притом я ехала в будущее, но за рулём находилось прошлое. Оно везло. Понимаешь? Путанно, да. Я и сама запуталась, но чувствую, что есть нечто неправильное, абсурдное в этой ситуации, в том, как сложилось. Жалею ли я, что так сложилось? Тоже – странно, но – нет, не жалею. Впервые за долгие недели мне спокойно душой. Только песня всё на уме крутится, как заводная.