Кто знал, что все настолько… пророчески,

такой хороший опыт.

Эх, зараза, Юрец. Как в воду глядел. Сейчас… бы мне пистолетик — порвала бы на куски любого. А с этим "слоном" — ну, просто, как корова на льду.

Хоть на базу возвращайся.

Попытки идти… по разваленной стене…

шаткие кирпичи так и норовят скинуть с себя… грубую гостью.

Еще немного…. немного вперед.

(строю из себя балерину: четкие, веса — грамм движения, очерченные сотней раз суждением, шаги)

Не смотреть по сторонам.

Ну и что…. что с обоих сторон пропасть, что ржавые прутья маниакально всматриваются на меня, зовя в свои объятия. Ну и что…. что ветер пытается сообща выполнить жуткий план.

Я рвусь вперед. Еще немного, еще шажок.

ЧЕРТОВЫЙ КИРПИЧ!!

Отчаянные взмахи руками в воздухе — хватая, глотая равновесие — и замерла в ужасе. Удержалась.

В этот раз удержалась…

По-моему, я реально влипла. И это уже не смешно.

Еще немного — и убьюсь.

Резкий удар

— ноющая боль в области груди.

Словно кто из клетки сердечко попытался вынуть.

(невольно зашаталась на месте, вновь теряя устойчивость — жалобно запищала)

Застрели. Меня — застрелили.

"Убита", но еще жива.

Держусь.

Черт. Даже злиться не могу нормально.

Здесь, куда меня лукавым занесло, явно не до игры. Не до шуток. И не до бурных эмоций — холодность страха и дрожь отчаяния.

Смерть нешуточно скалиться в глаза.

Робко обернулась назад.

И след противника давно простыл.

Нет того, кто стрелял. Нет, кого матом обложить.

Хм. И нет того, кого бы на помощь позвать.

ЧЕРТ.

НА БАЗУ. Теперь уж точно — на базу. НО КАК?

Унылый взгляд… несмело скользнул по "протоптанной" мною тропинке.

ЧЕРТ! ЧЕРТ! ЧЕРТ дери!!!!

Не пойду!

Не пойду по этим, едва теплящимся в своей ячейке, давно разбитого водой и ветром, цемента…. кирпичам.

Не пойду!

— Ю-ю-юр… — (заныла в микрофон)

— Что, Киряева?

— Я застряла.

* * *

— Ну, Све-е-та, и как ты умудрилась туда забраться??? — ядовито улыбаясь, издевался надо мной Юрец.

— Будешь так умничать — спрыгну.

(хмыкнул)

Несмело прошелся вперед, под самую стену.

— Так прыгай, — пристальный (колкий) взгляд… снизу вверх.

— Ты, что? Покурил? Я же убьюсь.

— Давай, прыгай. Ибо как мне, ты предлагаешь, тебя оттуда достать?

— Тут метров десять высоты.

— А чем ты думала, когда забиралась? Я вообще в шоке со всего этого. Тебе нереально повезло, что пока туда лезла — не убилась. А если ветер снова сорвется? Прыгай, давай — я поймаю.

— Юра, ну хватит уже издеваться надо мной.

(нервно скривился, закатив глаза под лоб)

Тяжелый вздох.

— Света, ПРЫГАЙ!

Резкий разворот и пошла дальше, вперед — может, там лучший спуск?

— Ты чокнутая? КУДА ТЫ ПОШЛА? СТОЙ! СВЕТА!!!

— Отвали! Я в твой идиотизм не играю.

Сорвался, сорвался — побежал за мной, по низу (проворно пробираясь через развалины).

— Ну, Светка, дай только доберусь — точно ремнем выпорю!!!

КАКОГО ЛЕШЕГО???

Моя стена резко превратилась в шаткое болото кирпичей… обрывом почти по вертикали.

— Ю-юр!

(и снова стоит внизу, нервно кривиться)

— Прыгай давай, ко мне.

— Я боюсь…

(благо, что разговор, кроме Филатова, никто не слышит…

иначе бы я потом застрелила себя за эти слова)

— Прыгай, я поймаю.

— Я же убьюсь…

— СВЕТА! Давай. Не ной.

Первой — пушку бросай.

ЧЕРТ! КИРЯЕВА!!! Да не в меня же!!

(невольно рассмеялась)

— Прости.

— А теперь свою каску…

— Может, надеть?

— Давай так.

… вот.

… а теперь — ты.

Глубокий вдох.

(мысленно перекрестилась)

— А если я тебя собой прибью? — и снова удерживаюсь на месте. Всё "за" и "против" ковыряю.

— Светочка, хватит уже тянуть резину, словно интригу на конкурсе. Давай, прыгай!

Резкий рывок — А ЧЕРТ ДЕРИ! МАТЬ ВАШУ!!!

Крепкие, властные объятия… моего спасателя (спружинил, словно батут).

Жадно притиснул к груди.

Замерла, замерла я, тяжело дыша.

А в голове — кавардак. Еще не вериться, что случилось.

Живая?

ЖИВАЯ.

Все же — живая

… и невредимая.

Несмело взгляды встретились.

Близко. Так близко… до неприличия близко. Его частое дыхание… безжалостно обожгло кожу… (врываясь в душу).

Юра…

Застыла, не дыша….

(в его тепле робея)

Смелость. А смелость глупой гадиной… уползла куда-то далеко.

Страх и трусость засели во мне, душа желания и радость.

Невольно дрогнул. Отвернулся (пряча взгляд)

… спешно опустил на землю.

— Пошли на базу, — (едва слышно прошептал — смущенный, как и я) — скалолазка ты моя, безрассудная.

Спешно поднял с земли винтовку, каску, схватил меня за руку… (меня, все еще ошарашенную и в полном дурмане шока)

… да потащил за собой, прочь.

Глава Шестнадцатая

Следующие несколько часов… пролетели, как несколько минут.

Азарт вновь вплеснул адреналин в кровь, сменяя шок и нервы на веселье, рвение и жажду.

Разрывали — кто кого. Много пало наших, но и не мало вздернули и мы.

Больше не строила я из себя героя невидимого фронта — ПМ в зубы, полные карманы патронов — и втихаря, мышкой полевой, прячась в кустах, пробираясь сквозь мелкие преграды, выстегивала "заблудших" овечек.

Знаю, знаю, у нас не было ни плана действий, ни тактики, ни хотя бы элементарного понимания того, что происходит вокруг, и кто где находится — действовали инстинктивно, наугад, на бум. Но черт, нам везло — раз, два… и враги пали.