Читаем Черный снег на белом поле полностью

Мне приходилось слышать: «Почему-то изделия Федорова стали как будто холоднее»... В том-то и дело, что некоторые стали путать с его работами — продукцию подражателей. Внимательный взгляд, однако, говорит: то — да не то. Иногда и вовсе возникает недоумение: смотришь на ладанку с изображением Николы Можайского, а у святого в руках не меч, а какой-то прутик погнутый торчит. Как издевка. На такие детали не все обращают внимание, а напрасно. Жаль, что покупают «красивое», «богатое» изделие, не видя излома и изъяна в нем.

Порой в церковной лавке просят «Федорова», а продавец, понимая, что это подлог, продает неискушенному человеку нечто похожее. Юрий Анатольевич в одном монастыре сам был свидетелем подобной ситуации. Обратился к менеджеру: каждое изделие, это как проповедь, а здесь — такая подмена! Мастеру ответили: какая проповедь? Нам выручка нужна. И недвусмысленно дали понять: не нравится — убирайся вместе со своей продукцией. Деньги будут нужны — приползешь еще!

Иногда еще, продавая подделки, говорят: нам деньги нужны на благие дела. Надо храм ремонтировать... «Но ведь церковное искусство - это тоже часть предания, — размышляет Федоров. — Оно не может быть средством. Что такое литургия? Если это — всего лишь декорация, то все, что находится в храме — предмет прикладного искусства. В том-то и дело, что это театр — изображает, а Церковь — являет. Страшно подумать: священник во время службы являет Самого Христа!»

Интересно, что люди, задействованные в индустрии подделок, иногда даже имеют наглость делать Федорову «богословские» упреки. Например, говорят, что выпячивать свое имя — гордыня. Что настоящие церковные мастера, дескать, всегда были анонимы... Что ответить? Конечно, это не так. И разве не является гордыней выступать не от своего только имени, а от имени Церкви?! Все это ясно. Интересно другое: как «благочестиво» обставляется обычное воровство! Как «освящаются» грехи, проникающие за церковную ограду! Какие елейно-блеющие интонации выработаны проходимцами!

Иногда, впрочем, плагиаторы вполне искренни. Подходят, берут автографы, восхищаются мастерством художника и прямо говорят, что покупают его изделия, чтобы копировать их. И тут возникает странный диалог.

— То, что вы собираетесь делать, называется воровством.

— А мы это делаем с любовью. («Правильной» фразеологией овладели многие).

— Но ведь и прелюбодейстом можно заниматься «с любовью»...

— А вы узурпируете авторское право, которое принадлежит Богу.

— Но тогда и вы обращайтесь к Богу. Почему Он не дает вам талантов? Он почему-то дает молоко корове, но не оводам...

Нет, никакие аргументы не помогают. Такие люди уходят уверенные в своей правоте, да потом еще порой и «богословские» петиции присылают. Вот одна такая пришла недавно к Федорову с Украины...[125]

Удивительно ли, что псевдо-федоровские изделия становятся «холодными»!? Во многом это связно также и с тем, что многие ныне (и не только плагиаторы) делают модели на компьютере. Юрий Иванович вырезает вручную, а там — компилируют детали на экране. Каноничны ли такие изделия? Вопрос сложнее, чем кажется.

«В храме специалист видит немало предметов неканоничных. — Федоров начинает размышлять на эту тему издалека. — Но вот в чем опасность: сейчас стали так серьезно изучать каноничность, что как бы не возникло гордыни — тогда и благодати не будет.

Нельзя барочные иконы выбрасывать из церкви. Не надо забывать, что по любви святые и пост нарушали. Канонична ли икона «Умиление», перед которой молился преподобный Серафим Саровский? Конечно, не канонична. Ей запросто можно прилепить ярлык католической чувственности. Вспоминаю пещерный монастырь в Черногории. Мне дают свечу, и я вхожу в черное пространство. Старинные росписи сделаны очень неискусно. Но в этой неумелой живописи - благодать... Большая проблема — крайности. Одна из них состоит в том, что серьезные научные исследования могут породить рафинированность...

Теперь «каноничные» бороды и другие детали забиваются в компьютер. В электронной памяти — «правильные» носы, глаза и уши. Из них при необходимости составляется фоторобот. Это иконоборчество! Мы провоцируем выставки «Осторожно, религия!»

Все из правильных деталей! Мир заполняется мертвыми вещами с каноничными священными изображениями. Сделаны по благословению и освящены.