Читаем Черный пиар Адольфа Гитлера полностью

В Финляндии большевистская пропаганда за время финско-русской войны затихла. Немедленно же по заключении мира полпредство в Хельсинки начало свою работу по восстановлению коммунистической партии, которая в начале была организована в виде небольших ячеек. Собственно для пропаганды было образовано „Объединение мира и дружбы с Советским Союзом“, среди членов коего находились в громадном количестве уголовные элементы, согласно приговору финляндского суда. С целью той же пропаганды был установлен русским государственным радиопередатчик Петроской вблизи финляндской границы. Эта радиостанция старалась постоянно, путем агитационных воззваний, нарушать мирный ход жизни в Финляндии и держать финляндское правительство под угрозой. При этом преследовалась цель нарушить дружественные отношения между Финляндией и Германией.

Во Франции попытки французских политиков, которые старались после поражения 3-ей республики установить между французским народом и Германией политику сотрудничества и европейской солидарности, систематически разрушались Москвой. Члены правительства Петэна выставлялись как продажные предатели и наемники мелких капиталистических групп.[125] Хозяйственные и социальные затруднения Франции, наступившие после поражения, относились исключительно на счет занятия страны Германией. Почти все листовки и нелегальные газеты заканчивались призывом к большевистскому перевороту и сотрудничеству с Советами, что якобы поведет к освобождению от всех переживаемых бедствий. В этом же смысле проявляется антигерманская коммунистическая агитация-в Бельгии и Голландии.

В Генерал-губернаторстве советская пропаганда началась немедленно после разделения сферы германских и русских интересов. Здесь эта пропаганда обращена к польскому национализму, прежде всего с панславистской идеей, и рекомендует себя этим кругам как будущего освободителя от германского насилия. С другой стороны русские, понятно, не гнушаются пользоваться услугами, особенно евреев, для подделки паспортов и передачи сведений. В последнее время предпринимается также тщетная попытка распространить пропаганду среди германских войск с целью натравливания и разложения.

Даже в Греции большевики пытались в течение нескольких недель со дня вступления немцев вновь восстановить брошенный на произвол судьбы Англией греческий народ против Германии и Италии, как гласит сообщение тамошнего германского уполномоченного. Здесь, как и во всех занятых областях, подготовляется революция на случай германо-русской войны, а также провозглашается присоединение к Советскому Союзу как панацея против всех затруднений.

Таким образом, русская пропаганда пыталась использовать в целях интернациональных козней во всей Европе те затруднения и перевороты, которые являлись результатом войны. Эта революционная агитация шла рука об руку с нарастающей из месяца в месяц травлей, направленной против германского правительства и его попыток установить прочный порядок в Европе.

II.

В полном соответствии с выше приведенной подпольной пропагандой находятся также и остальные средства политической агитации, которые применяются Советским Союзом в названных странах. Москва постоянно пыталась помешать посреднической роли Германии при улаживании территориальных споров между Румынией, Венгрией и Болгарией и препятствовала вступлению балканских государств в Пакт трех держав. Германо-итальянская гарантия новой румынской границы изображалась коммунистической агитацией как мера борьбы, направленная против Советов. Особенно противилась Москва присоединению Болгарии к Пакту трех держав. Особый уполномоченный Советского Союза был командирован в конце ноября 1940 г. к королю Борису,[126] чтобы помешать сближению Болгарии с державами Оси и одновременно, путем предложения гарантии, вовлечь Болгарию в советский фарватер. Русские пытались поддержать эту миссию при помощи мобилизации болгарских коммунистов, которые должны были инсценировать массовые петиции, обращенные к правительству. Когда несколько месяцев спустя Болгария дала свое согласие на вступление германских войск, советское правительство, несмотря на то, что оно до этого самым подробным образом было осведомлено германским правительством о причинах и целях германских мероприятий на Балканах, сделалось прямо-таки инструментом английской пропаганды, утверждая в подчеркнуто-враждебном публичном заявлении, что позиция Болгарии могла бы втянуть страну в войну. Это утверждение в достаточной мере опровергнуто фактами.