– Прямо сейчас – нет, – ответила девочка. – Мне придётся полазить по словарям, посмотреть различные справочники. Давайте договоримся так: я заберу пергамент домой и на каникулах попытаюсь расшифровать написанное. Как только что-нибудь станет известно, я пришлю вам письма.

На том и порешили.

На каникулах Владислав посвящал всё своё свободное время тренировкам с вьюром – благо озеро, на котором стоял дом Эдны, не замерзало даже в самые суровые зимы благодаря питающим его тёплым источникам. Как раз перед каникулами Аретт Нури, как поговаривали, один из лучших игроков в ларбош за всю историю Греаля, показал группе первокурсников – завсегдатаев спортивного зала несколько ловких и трудных приемов, помогающих быстро, резко и неожиданно менять направление движения на вьюре, но для того, чтобы их разучить, требовались упорство, терпение и время. Упорства и терпения у Владислава было хоть отбавляй, а вот времени на тренировки во время учёбы постоянно не хватало. Вечерами, устав от борьбы с непослушным вьюром, Влад почитывал книги из богатейшей библиотеки Эдны.

Наконец, в начале второй декады каникул перед ним сверкнула белая искра, и прямо к нему на голову упал перевязанный тесьмой пергамент. Это было самое короткое письмо из всех, которые когда-либо получал Владислав: «Встречаемся завтра в одиннадцать часов у фонтана на главной площади Йета. Ида».

На следующее утро Влад сказал Эдне, что он хочет немного прогуляться, и без пяти минут одиннадцать телепортировался в Йет. Артём и Алиса были уже на месте, а Ида запаздывала. Наконец она появилась в лёгком и элегантном чёрном пальто.

– Ну, что там? – вместо приветствия в один голос спросили у неё все трое.

Эльфийка открыла небольшую сумочку, вынула оттуда листок пергамента и молча протянула друзьям. Они прочли короткое послание: «Неблагосклонные боги не пожелали содействовать нам в нашей борьбе с Марготтом. Изменчивая фортуна отвернулась от нас. Марготт бежал. Я знаю: через двадцать или двести лет он вернётся и снова зальет Валию кровью. Я прошу, умоляю и заклинаю исполнить пророчество и уничтожить злодея. Чёрный перстень ждёт своего хозяина. Миита Ри. 5 пиноли 2758 года».

Ниже следовала короткая приписка: «Первый «ключ» скрывает Фрея».

– Эта приписка, – сказала Ида, – и есть то предложение, которое было написано огромными чёрными рунами.

– Первый «ключ» скрывает Фрея, – задумчиво произнёс Артем. – Что бы это значило?

Глава десятая

Что скрывает Фрея?

– Это может означать всё, что угодно, – помолчав, ответила Ида. – Существуют десятки скульптур, баллад и книг, посвящённых Фрее.

– Мы должны определиться с тем, что же мы ищем, – сказал Владислав, – чтобы не действовать по принципу: «Пойди туда, не знаю куда, найди то, не знаю что».

– Я думаю, что это, наверное, какая-то карта или схема. В любом случае, это что-то маленькое, что легко можно спрятать в любом месте, – сказала Алиса.

– В любом случае, – продолжал Владислав, – у нас есть точная дата: 2758 год – год смерти Мииты Ри. И любые скульптуры, баллады или книги, появившиеся уже после смерти эльфийки, можно исключить из рассмотрения. Давайте уточним, сколько всего имеется этих самых скульптур, баллад и книг, созданных ранее 2758 года.

Несколько последних дней каникул вся четверка не вылазила из йетской библиотеки. Им удалось обнаружить, что существует всего семь книг, две баллады и три скульптуры, которые могла иметь в виду Миита Ри. Одна из этих скульптур находилась в Йете, местонахождение двух других им установить не удалось – в книгах указывался только год их создания. В конце декады, уже практически накануне Нового года, Владислав, Артём Алиса и Ида отправились на Крессенскую площадь, где и была установлена одна из старинных скульптур Фреи. Площадь эта являлась самой высокой точкой города, и установленное там огромное изваяние Фреи, будучи прекрасной доминантой, великолепно просматривалось с разных сторон. Вокруг них кипела предновогодняя суета: эльфы, орны, валькирии, лешаны и тролли закупали подарки – война войной, а жизнь продолжается. И никому не было дела до четырёх озябших подростков, то и дело поёживавшихся от холода и сильного ветра на заметённой снегом площади.

– Ну, и кто-нибудь может мне сказать, что именно мы здесь ищем? – мрачно спросил Влад.

Задрав вверх головы, они стояли перед беломраморной скульптурой Фреи. Скульптор изобразил праматерь одетой в длинную ниспадающую до земли тунику. Правая рука Фреи была вскинута вверх то ли в приветственном, то ли в ободряющем жесте, у ног скульптуры летом расстилалась огромная засаженная цветами клумба, которая теперь была вся запорошена снегом. Спокойная и величавая, праматерь стояла в глубокой задумчивости, устемив свой взгляд к далекому горизонту, словно пытаясь увидеть там, в неведомой дали, будущее сотворенных ею народов…

– Вы действительно думаете, что в этой скульптуре есть тайник? – прервала затянувшееся молчание Алиса.