Читаем Чёрный Яр, 13 полностью

– А то! Я уж как шла к тебе и посчитала – точно, в субботу. На базар-то я завсегда в субботу хожу. Да вот и Галька Свыщенко не даст соврать. Котора овощами торгует. Мы с ней ещё штанцы его обсудили-обхаяли…

– Вы в гостинице остановились? – следователь перевёл взгляд на Кащука и нажал на кнопку печати. Принтер загудел. – Вам придётся задержаться в нашем городе до выяснения. Протокол подпишите…

* * *

Обеденное время в конторе казалось столь же унылым, как и рабочее.

– Боже мой, – деланно изумлялись сотрудницы, – неужели уже двенадцать? А я-то заработалась – не заметила. Весь день аки пчела, аки пчела… – и стоически продолжали сидение, перекладывая бумажки, щёлкая мышкой и тайком поглядывая вокруг – ну-ка, кто сдастся первым?

Обычно сдавалась самая молодая и оттого несколько легкомысленно относящаяся к конторским неписанным правилам Танечка Ивонкова. Но когда её вдруг не было на рабочем месте (естественно, по уважительной причине!) или, натрескавшись конфет, она не торопилась к микроволновке, сотрудницы были обречены.

Иногда Женьке становилось их жалко:

– Вы бы поели, – говорила она сочувственно. – Разве можно так надрываться?

– А и правда! – с отчаянной лихостью заявляла тогда Варфоломеевна. – Война войной, а обед по расписанию! – и тётки, зашуршав пакетами, весёлой гурьбой устремлялись разогревать махоточки с домашней снедью.

Но чаще ничего, кроме раздражения, это самоотверженное ханжество у Женьки не вызывало. И она молчала. Если, конечно, оставалась не месте наблюдать тоскующих по такой близкой и, одновременно, такой недоступной котлете коллег. В основном, с трудом дождавшись перерыва, она быстро перекусывала минут за пять до его начала и слетала по лестнице вниз так стремительно, будто за ней гнались карающие архангелы с пылающими мечами.

Гулять, правда, в деловой части города было негде. Приходилось просто нарезать асфальтовые круги вокруг сити-центра. Это было достаточно безрадостно, но всё же лучше, чем оставаться лишний час в ненавистных стенах.

Сегодня апрельская непогода лишила её и этого жалкого развлечения.

Женька стояла у панорамного окна офиса и, грея руки о кружку с чаем, смотрела на беснующийся меж стеклянно-бетонных кубов зданий ветер. Он бился о стены, завывал и стенал, швырял в окно ледяным дождём со снегом, гнал по небу чёрные снеговые тучи.

На душе у Женьки было примерно так же погоже – в ней что-то рыдало и металось.

– Пожалуйста, пожалуйста, – шептала она неведомым и всесильным космическим силам, – вызволите меня отсюда, дайте шанс… – она прерывисто вздохнула и в следующее мгновение вздрогнула от завибрировавшего в кармане телефона.

Звонил отец. Женька снова вздохнула.

– Мисюсь! – услышала она знакомый голос. – Как дела? Хорошо? Ну и хорошо. Как Вовчик? Не нашёл работу?

– Пап, ты как? Хочу зайти к тебе в субботу..

– Заходи, конечно… – голос скис, – если это необходимо… Видишь ли, я сейчас работаю над новой книгой – такое вдохновение, не представляешь! Не могу остановиться!

– Ладно, ладно, поняла. Зайду в следующий раз.

– Ага, как хочешь. Но если надо, ты, конечно, приходи в субботу. Не думай, что я тебе там намекаю, или ещё что… Видеть тебя для меня – всегда радость. Давай в субботу. Приходи, когда захочешь, это же и твой дом. Правда, угостить тебя мне будет нечем. Совершенно забросил хозяйство – жаль тратить время на бытовые хлопоты. Так что хорошо, что у тебя в субботу дела, и ты не сможешь придти. А то, право слово, придёшь – а я тебе даже времени уделить не смогу…

– Ладно, пап, я поняла.

– Я чего сказать-то хотел… Звонил мне давеча этот человек, ну… из агенства. Ну, который дом тёти Фени продаёт – как его беса?..

– Риэлтор?

– Да! Риэлтор из Володарьевска. Непонятно, конечно, почему он звонит мне? Я думал, ты всеми этими вопросами занимаешься… Ты же знаешь, Мисюсь, я в этом ничего не смыслю!

– Не знаю почему, пап. Я оставляла твой телефон, конечно, но на всякий случай, как запасной. Они просят…

– Так вот ты перезвони ему и напомни – по какому номеру звонить положено, – назидательно продекламировал отец. Женька увидела его сейчас, как наяву: воспитательно сдвинутые брови, нервное подёргивание ногой от недовольства вынужденным, хоть и редким, пребыванием в реальности и обсуждением скучных насущных дел.

– Чего он хотел-то?

– Покупатель, что ли, нашёлся… Не понял я. Перезвони ему, доча, сама. Давай, до встречи.

Женька покрутила в руке телефон.

Если нашёлся покупатель – это хорошая новость. Она уж и не надеялась сбыть неожиданное наследство с рук.