- Я хотела, чтобы ты испытала тот же страх, что и я, когда они вырывали сердце из моей груди. Знаешь, а я ведь была в сознании, когда они это делали?

Натали тяжело дышит: — Нет, я этого не знала. Мне так жаль.

— Жаль? — Эвангелина кривит губы. — Тебе жаль?

— Да. Я никогда не хотела причинить тебе боль, — кротко говорит Натали.

— В самом деле? — Эвангелина поворачивается ко мне. В её глазах боль. — Тогда представь, как я себя чувствовала, когда мы столкнулись в лавке у мистера Табса, и ты сказал мне, что Натали, девушка с отобранным у меня сердцем, и есть та самая твоя Кровная половинка.

У меня в голове возникает страшная мысль.

Обезумевшее выражение лица Натали отражает мое собственное.

Я смотрю на Эвангелину.

— Натали не моя Кровная половинка, — говорю я.

Эвангелина качает головой: — Нет. Это — я.

ЭШ

Я опускаюсь на колени, не в состоянии принять это. Влага от земли, просачивается сквозь мои брюки, но мне плевать.

Натали не моя Кровная половинка?

— Я ждала подходящего времени, чтобы сказать тебе, — говорит Эвангелина. — Я не была уверена, что ты мне поверишь. Я знаю, что ты думаешь, будто у тебя к ней чувства, но все они не настоящие. Это просто ощущение связи с ней, потому, что у неё мое сердце.

— Это неправда, — говорит Натали, подходя ко мне.

Я поднимаю на неё глаза.

— Прошу тебя, скажи, что это неправда, — повторяет Натали. — Эш?

Я ничего не говорю в ответ.

Часть меня желает, чтобы Эвангелина оказалась права. Я привязан к Натали только потому, что у неё украденное сердце? Я смотрю на Эвангелину, и желание загорается глубоко в моём животе. Она — моя настоящая Кровная половинка. Все эти годы я был одинок, потерян, думая, что я — единственный полукровка в городе, и все это время она меня ждала. Может поэтому меня так тянуло к Пограничной стене? Мог ли я почувствовать её на той стороне?

У Натали начинают дрожать губы.

- Эш? Ты чувствуешь ко мне вообще хоть что-нибудь на самом деле?

— Я не знаю, — признаюсь я.

У неё сбивается дыхание.

Прежде, чем я могу остановить её, Натали карабкается к дыре в стене и убегает прочь. Моё сердце вздрагивает. Что я наделал? Эвангелина хватает меня за руку, когда я собираюсь побежать за ней.

— Позволь ей уйти, — говорит Эвангелина.

— Отвали от меня, — говорю я.

Я бегу за Натали и Эвангелина следует за мной. В городе все еще беспорядок с бегущими по улицам людьми, пытающимися спастись от Дарклингов, которые свободно бродят по окрестностям. Я нигде не вижу Натали. Черт!

На дорогах полно гвардейцев Стражей и танков. Раздаются выстрелы одного из танков и, Дарклинг падает на землю, мертвый. Мы бросаемся в одну из аллей, карабкаемся на ближайшую крышу, чтобы уйти от опасности, используя крыши для передвижения по городу. Я направляюсь к штаб-квартире Стражей, единственному месту, где я предполагаю найти Натали.

— Эш, куда ты? — спрашивает Эвангелина.

— А ты куда думаешь? — отвечаю я, когда мы достигаем Унылой улицы в непосредственной близости от штаб- квартиры Стражей.

Мы спускаемся с крыши здания и следуем в переулок рядом со штаб-квартирой. Эвангелина берет меня за руку, останавливая. Мы стоим рядом с переполненным желтым мусорным баком.

— Она того не стоит. Ты сам сказал, ты даже не уверен, что у тебя действительно есть к ней чувства.

— Тогда почему я чувствую себя так, как будто у меня сердце вырвали из груди? — говорю я.

Она отпускает мою руку, качая головой.

— Здесь меня нашел Сигур, ты знал об этом? — говорит Эвангелина, указывая на мусорный бак. После того, как у меня вырвали сердце, меня выбросили сюда вместе с остальным мусором.

Я зажмуриваю глаза. Это слишком ужасно, чтобы даже представить.

— Я не знаю, что делать, — шепчу. — Я люблю Натали, но она не моя Кровная половинка. Я чертовски сбит с толку.

Мягкие губы вдруг прижимаются к моим. Губы Эвангелины. Ощущение… невероятное. Её поцелуй более настойчивый, чувственный, более отчаянный, чем поцелуи Натали. Я отстраняюсь.

— Что ты делаешь? — спрашиваю я, открывая глаза.

— Показываю тебе, что ты теряешь, — говорит она и целует меня снова, в этот раз более настойчиво.

Желание бурлит во мне, и я даже не пытаюсь с ним бороться. Я притягиваю к себе Эвангелину и возвращаю ей поцелуй, сильно, желая найти ответы, ведь мне необходимо знать, есть ли между нами что-нибудь искреннее. Если я собираюсь отказаться от своих отношений с Натали, то я должен быть уверен, что принимаю верное решение. Губы Эвангелины приоткрываются, и её язык находит мой. Это так чувственно, удивительно — каждая клеточка моего тела гудит. Несмотря на все это только одна мысль крутится в моем мозгу: Натали.

Я смутно ощущаю, что дверь позади нас открывается. Слышится вздох. Прерываю поцелуй и поворачиваюсь, чтобы увидеть в аллее Натали, её глаза наполнены слезами.

— Десять минут! Еще и десяти минут не прошло, как ты уже заменил меня на неё, — говорит она — Я поверить не могу, что собиралась тебя найти, чтобы бороться за тебя, за нас, когда стало совершенно ясно, что я тебе вообще не нужна.

— Это вообще ничего не значит — я просто в замешательстве, — говорю я.