Мы садимся с Мартой на деревянный ящик. Ее седые волосы вылезли из-под косынки, ее когтистые руки дрожат. Я бросаю мясо и быстро обнимаю ее.

— Вы ранены? — спрашивает её Эш.

Марта протягивает свою руку. Она кровоточит.

— Я такая глупая старая карга. Я порезалась, когда упала, — говорит она, пытаясь растянуть губы в редкозубой улыбке.

Эш отпрянул от испуга, увидев дыры там, где должны были быть её клыки.

— Нам нужно перевязать ей руку, — говорю я, протягивая один из шарфов, из купленных мной ранее.

Он нежно оборачивает его вокруг руки Марты. Я едва узнаю этого парня, передо мной. Его лицо, обычно такое жесткое и злое, но сейчас оно нежное и заботливое. Он резко поднимает взгляд, ощущая, что я изучаю его. Я краснею.

— Спасибо, дорогой, — говорит Марта, похлопывая его по щеке, пока он занимается её рукой.

— Да. Спасибо тебе, Эш, — тихо говорю я. — Не знаю, чтобы случилось не, окажись ты здесь.

Он потирает шею и встает.

- Всегда, пожалуйста.

Марта с интересом изучает его, пока он помогает ей подняться.

- Тебя зовут Эш? А именно Эш Фишер?

— Ага. А что?

Она улыбается.

- Я знаю твою семью. До войны, я регулярно посещала службы твоего отца, и мы росли совсем рядом. Я даже присматривала за тобой.

Эш задумывается на мгновение, а затем на его лице расцветает широкая улыбка.

- Вы — леди с кровавыми конфетами!

Она улыбается.

- Верно. Ты так вырос. В последний раз я видела тебя прямо перед началом войны. Тебе было восемь лет, и моя внучка Лиллиана гоняла тебя вокруг кладбища за то, что ты пытался посадить пауков ей на макушку.

Я смеюсь, представив себе эту картину, и Эш смеется глубоким хрипловатым смехом. Я раньше никогда не слышала, как он смеется. Этот смех очень ему подходит, я быстро отвожу взгляд, мои эмоции в полном раздрае.

— Как там Лиллиана? — спрашивает он.

— Её отправили в Бесплодные Земли во время войны вместе с моей дочерью и её мужем. С тех пор я о них ничего не слышала.

- Мне очень жаль, — отвечает Эш — до меня доходили слухи о том, что происходило в Бесплодных Землях. Моя мама проводила собрания Легиона Фронта Освобождения в церкви как раз перед тем, как её отправили в гетто, и они много обсуждали эти события.

Так вот откуда Эш знал о лагерях расправы на уроках истории мистера Льюиса? Чувство вины и стыда захватило меня. Мы все знали, что мой отец был в ответе за то, что туда отправили семью Марты. Я даже не знаю, как она может оставаться после этого со мной и моей матерью, но я предполагаю, что у неё просто нет выбора — она наша служанка. Я вспоминаю, как она прикрывала свой браслет перед Эшем и до меня, наконец, доходит, почему она так стыдилась его. Они не служанка. Она — наша рабыня. У меня скрутило желудок. Как могла я быть такой слепой?

— Как там Аннора? Как она пережила эту войну? — спрашивает у него Марта.

Тень пробежала по его лицу.

— Извини, дорогой. Я не хотела вмешиваться…

— Мама с папа разошлись несколько лет назад. Теперь мы с отцом вдвоем.

— Мне очень жаль. Они были такой красивой парой, — говорит Марта.

— Это было неизбежно. Людям и Дарклингам просто не суждено быть вместе. — Он сверкает глазами в мою сторону.

— Натали! Вот ты где. Я ужасно волновался, — раздается за моей спиной голос Себастьяна.

Его белокурые волосы взъерошены от бега, а щеки раскраснелись. Было видно, что он испытывает облегчение при виде меня. Тут в поле его зрения попадает Эш.

— Отойди от нее, кровосос, — говорит он, приближаясь к нам.

— Все в порядке. Я его знаю, — говорю я, вставая между ними.

Парни смерили друг друга взглядами, их кулаки сжались, в глазах читается враждебность. Эш возвышается над Себастьяном, но если бы дошло до драки, годы тренировок Себастьяна в качестве Ищейки могли дать ему преимущество в бою.

— Оставь его в покое, Себ. Он только что спас нас от каких-то отморозков, — говорю я.

Рот Себастьяна дергается. Я вижу по его лицу, что он готов вот-вот ринуться в драку.

— Я хочу уйти, — говорю я, мягко прикасаясь к его руке.

Он глядит на Эша еще секунду-другую, а потом кивает.

— Я так и знал, что приходить сюда, было паршивой идеей, — бормочет себе под нос Себастьян, когда мы уходим.

— Эш такой приятный молодой человек, — шепчет мне Марта.

Я смотрю на Эша себе через плечо. Наши глаза встречаются на продолжительное мгновение, прежде чем он поворачивается и идет в другую сторону.

— Ага. Он такой, — отвечаю я.

НАТАЛИ

Я встречаюсь с Дей в школе в понедельник и рассказываю ей всё о драке на рынке.

— Не могу поверить, что Эш помог тебе. Это так на него не похоже, — говорит Дей, пока мы идем в тренажерный зал, чтобы пройти испытания на Ищейку.

— Знаю. Для меня это тоже удивительно. Может, мы ошиблись на его счет?

Дей смеется: — Давай без фанатизма. Один случайный акт доброй воли не делает из него святошу.

— Я никогда и не говорила, что он святоша. Я просто хочу сказать, может, он все-таки не полный мудак? Кроме того, это был не единственный добрый поступок. Ты же знаешь, он занимается благотворительностью…

Дей оборачивается ко мне: — О, небеса. Он тебе нравится.

— Нет, не нравится, — говорю я.

— Тогда чего же ты покраснела-то? — говорит она.