Читаем Черный Город полностью

В этот момент стальная дверь открывается, и из неё выводят трех парней. Их кожа имеет желтоватый с черными прожилками цвет, которая характерна для тех, кто долго употребляет Дурман. Дей прячется за меня. Один из Одурманенных, подросток с ярко-пурпурными дредами, одаривает меня тяжелым взглядом, когда проходит мимо меня. Охранник подгоняет парня дулом своего оружия.

— Пошли, думаю нам нужно сюда, — говорю Дей.

Мы нашли дорогу обратно в жилые помещения и стали подниматься наверх. Когда мы проходим мимо комнаты Себастьяна, дверь распахивается. Себастьян сердито смотрит на меня.

— Мне нужно поговорить с тобой, — говорит он мне.

Я быстро знакомлю его с Дей.

— Увидимся в моей комнате. Последняя дверь налево, — говорю я ей.

— Рад познакомиться, Дей. Уверен, что мы еще увидимся, на испытаниях Ищеек на следующей неделе, — говорит Себастьян, имея в виду тесты, которые будут проведены в школе на выявление детей, носителей V-гена. — Надеюсь, ты присоединишься к моей команде.

Она выдавливает из себя улыбку и уходит.

Как только, она сворачивает за угол, Себастян затаскивает меня в свою спальню, в большое и роскошное помещение с черепами экзотических животных, развешанных на стенах винного цвета, на полу коврик из волчьего меха, здесь же у него мраморный камин, а кровать из красного дерева покрывают черные шелковые простыни. Все так и кричит о власти и сексе: что больше всего любит Себастьян. На одном из его прикроватных столиков, ближнем ко мне, лежит совершенно новая копия Книги Сотворения — новая библия Праведников. Когда это Себастьян стал читать эту чушь?

— Зачем ты это сделала? — требовательно спрашивает он.

— Понятия не имею о чем ты…

— Оставь это бред. Я видел, как ты дала предателю племени таблетку с цианидом.

— Видел? — переспрашиваю, ошеломленно, я. Я-то думала, что была очень осторожна. — Парень так страдал от боли. Никто не заслуживает такой смерти.

— Он был предателем племени, любовником Дарклинга. Он заслужил всё, что получил, — говорит Себастьян.

— Тебе ли об этом говорить.

Кулаки Себастьяна сжимаются, и я понимаю, что переступила черту.

— Это другое, — говорит он.

— Как это?

— Никто не узнает. Ведь так? — спрашивает он.

— Твоя тайна останется со мной, — отвечаю я, не то, что бы он заслуживает моей преданности. Но я не хочу навлекать на него неприятности, не важно, какую боль он мне причинил, и он это знает.

Он делает глубокий вдох, чтобы успокоиться.

— Тебе повезло, что я там был на платформе, а не Курт, или другой какой Ищейка, — говорит он. — Они бы не стали раздумывать дважды, докладывать ли об этом Пуриану Роузу.

У меня сжимается сердце.

- Ты ведь не собираешься донести на меня, да?

— Конечно, нет. Я бы никому не позволил навредить тебе, — говорит он. — Но тебе нужно быть осторожной, Натали. Не предоставляй Пуриану Роузу еще одну возможность навредить тебе или Полли.

Себастьян нежно гладит меня по щеке, и на мгновение я позволяю ему, вспоминая, почему я любила его. Он был так добр и нежен со мной, после папиной смерти; это было именно то, что мне нужно. Затем я вспоминаю, почему мы расстались, и отмахиваюсь от его руки, игнорируя его оскорбленный взгляд.

Я беру с его столика Книгу Сотворения.

- Зачем она тебе понадобилась?

— Думал, почитаю и пойму из-за чего такой сыр-бор.

— Ты же знаешь, что это какая-то безумная чухня, написанная Пурианом Роузом, так зачем заморачиваться? — спрашиваю.

Он пожимает плечами.

- Это может помочь мне продвинуться по службе, если я последую его вере. На самом-то деле я не верю в то, что там написано. Мне просто нужно прочесть книгу.

Что бы он ни делал, всё во имя своей карьеры, даже его отношения со мной. Я швыряю книгу на его комод и иду в свою комнату, заглядывая по пути в комнату Полли. Похоже, она спит. От лекарств её все время клонит в сон, поэтому она много спит.

В моей комнате, Дей лежит на кровати, рядом с моим котом Трюфельком, читая последний выпуск ежемесячного журнала Юность Стражей. Трюфелек тихо мне мяукает. Я замираю, увидев Дей со скрещенными ногами, поднятыми вверх, когда она листает раздел моды в журнале. Точно также делала Полли. Это как видение из моего прошлого. Я тяжело вздохнула.

Дей садится.

- Ты в порядки, Нат?

— Просто ты мне на мгновение напомнила мою сестру. Какой была она, до того, как пострадала.

Я прижимаю Трюфелька ближе к своему лицу. Мне нравится его запах; он такой теплый и уютный. Он позволяет мне подержать его с минуту, прежде чем начинает извиваться и спрыгивает на ковер.

— Что случилось с твоей сестрой? — спрашивает Дей.

— Её пытали.

Глаза Дей расширяются.

- Кто?

Что-то останавливает меня от того, чтобы рассказать ей всю правду.

— Враг моего отца, — говорю я. — Он приказал подвергнуть Полли пыткам, чтобы наказать отца и заставил нас наблюдать. Это было ужасно. Это была моя вина, что она пострадала.

— Ни на секунду в это не поверю.

— Так считает моя мама, и она никогда не простит мне этого. Мама любила Полли больше, чем меня; она считает, что я просто без толку занимаю пространство.

— Уверена, что она так не думает.