Читаем Чёрный Город полностью

Поскольку выживших было немного, не возникло нужды экономить средства, и Марк сразу получил лучшее. Его лечением занималась Ольга Сурнина, она справилась с большей частью травм, но вот трогать тромб не рискнула. Да и понятно, почему: Марку хватило одного взгляда на скан, чтобы понять, насколько нехорошее положение у этой дряни, тут автомат не справится, нужен контроль оператором… А единственным оператором в поселке, способном на такое, был сам Марк.

– Но мы уже сообщили об этом, – поспешила успокоить его Рита. – Когда был сеанс связи, Эдуард Яковлевич сказал, в каком вы положении, и нам пообещали прислать очень хорошего хирурга, он прибудет вместе с дознавателем.

– Когда?

– Ориентировочно через три дня, сейчас идет большая проверка дорог, чтобы все точно было безопасно. Но это нормально, никто не сомневается, что вы выживете! Насколько я поняла, даже лучше, что вы еще больше восстановитесь перед операцией!

– Наш «Хирург» уцелел или они привезут нового?

– Он в порядке, склад с оборудованием вообще не пострадал!

– Тогда вези его сюда.

Рита, как и следовало ожидать, опять зависла:

– Э-э… Чего?

– Привези сюда моего «Хирурга», я сам проведу операцию, – терпеливо пояснил Марк.

– На себе?!

– Других пациентов я здесь не вижу.

– Марк Александрович, вы что, с ума сошли?!

– Думаю, это стало очевидно еще пять дней назад.

Марк и правда не мог отрицать, что распрощался с рассудком, но вот решение об операции было вполне логичным – и необходимым… Или, по крайней мере, желательным.

Такие, как Рита, искренне им восхищаются, это понятно, но они не играют в жизни поселка никакой роли. Руководство наверняка встревожено тем, что он сделал. Спас всех? Замечательно. Но способом, который теоретически может вызвать недовольство Черного Города, и тогда люди все равно погибнут, да еще и так, что будут сожалеть об ускользнувшей быстрой смерти в лезвиях хазаров. Поэтому судьба самого Марка и многих других людей зависела от того, как пройдет допрос. И если в этот момент у него в мозгу будет по-прежнему маячить сгусток крови, или, того хуже, мозг окажется поврежден неудачной операцией, выполненной непонятно кем, последствия никого не обрадуют.

Только вот Рита всего этого не понимала, она мыслила так, как и полагалось вчерашней студентке:

– Исключено! Вам нельзя двигаться!

– Для того, чтобы управлять «Хирургом», мне и не нужно плясать тут, а нейромодуль работает.

– Кое-как! Кое-как он работает, и проверить его пока невозможно, у нас нет нормального оборудования…

– Он либо работает, либо нет, – спокойно возразил Марк. – И я чувствую, что работает. Тогда он перегрелся, но сейчас пришел в норму.

– Ага, еще скажите, что зажил!

– Рита, пытаясь умничать, постарайся произносить нечто действительно умное, иначе смысл слова теряется. Если бы нейромодули нужно было доставать для починки, многие долго бы не прожили. Это оборудование настроено на самовосстановление, а еще у него сложная система предохранителей. Именно предохранители меня травмировали, но они же уберегли сам модуль – на случай, если я выживу.

Он не пытался ее обмануть, нужды не было. Марк уже попробовал коснуться возможностей нейромодуля, сначала осторожно, а потом уверенно, совсем как раньше. Неоновые линии вернулись, они теперь пронизывали все вокруг. Пожалуй, если бы Марк решился на такую проверку сразу после пробуждения, он бы и подачу препаратов сам отрегулировал. Но поговорить с Ритой в любом случае следовало, так что он ни о чем не жалел.

– Вы слишком слабы для такой операции! – настаивала Рита.

– Физические усилия тут нужны минимальные: всего лишь ввести иглу с манипулятором внутрь черепа. Это могу сделать я – а можешь сделать и ты, если тебе так спокойней. Ты уже ассистировала мне на операциях, должна справиться.

– Я ассистировала на операциях, а не проводила их! Что я буду делать, если вы отключитесь, не завершив работу?

– Не отключусь, это проставя операция, отнимающая десять минут от силы. Рита, мне это нужно. Что бы ты там себе ни придумала, дознаватель – не друг нам. И я не хочу беседовать с ним в состоянии, когда мне можно внушить что угодно.

На этот раз Рита спорить не спешила, она нервно прикусила губу, раздумывая о чем-то. Ирония заключалась в том, что девчонка эта искренне хотела его уберечь – но из-за этого рисковала подставить под удар.

Наконец она придумала то, что ей самой наверняка казалось идеальным компромиссом:

– Хорошо, я привезу сюда ваш «Хирург»! Но только если прямо сейчас вы позволите мне ввести вам повышенную дозу препарата номер шесть!

– Успокоительного, которое отключит меня еще на сутки. До сих пор не веришь, что время работает против нас?

– Допускаю это, – кивнула Рита. – Но дознаватель точно не прибудет раньше, Эдуард Яковлевич четко сказал – три дня! А вы проспите всего день, это не изменит ничего в общем раскладе, но вы в таком состоянии восстановитесь намного лучше! Я все равно считаю, что вам не нужно проводить операцию на самом себе, но вы ведь такой упрямый… Я знаю, что не сумею вас переубедить, так хоть немного вам помогу!