Читаем Черный бархат полностью

Джерико показал на дверь, ведущую на взлетную полосу. Уже догадываясь, что задумала Эмилия, он не стал терять время и зашагал в другую сторону.

До города было с полмили. Заметив кучку людей на пристани, он припарковался неподалеку и отправился посмотреть, что там происходит. Оказалось, пресс-конференция. Сенатор Барбара Дав в строгом костюме стояла перед толпой и говорила:

— Я горжусь литературным талантом моей дочери. Многие начинающие авторы и не мечтают, что их книги станут бестселлерами, а у нее это получилось!

Джерико не выдержал и встрял с вопросом:

— Где в настоящее время находится ваша дочь, сенатор Дав?

Она несколько секунд смотрела на него.

— Простите, я не расслышала ваше имя.

— Томас Джейнз Джерико, «Светская хроника».

— А-а. — Глаза Барбары Дав сверкнули. — Что ж, мистер Джерико, боюсь, вы пропустили самое интересное. Мадам Икс минут десять как пробежала здесь, направляясь в аэропорт. Она вылетела из птичника, а точнее, из голубятни…

Джерико вздрогнул. Что-то напоминает ему это слово. Конечно же, «Голубятня» — домик для игр Эмилии!

Он весело помахал Барбаре Дав и сел в машину. Ему надо ехать на побережье.

Оставив джип у кромки прибрежного песка, он вышел, надеясь отыскать здесь Эмилию. Пересек дюну, огляделся. Никого! Повернул в другую сторону — и увидел ее. Она стояла по щиколотку в песке, в топе и закатанных джинсах, засунув руки в задние карманы. Она не сразу заметила его, а когда он крикнул, повернулась, отбрасывая волосы с глаз.

— Джерико! — Ветер подхватил ее голос. Он снял туфли и побежал.

Это можно было принять за сказку, если бы Джерико не был таким реальным: большим, теплым, нежным! Он высоко поднял ее на руках, целуя и говоря, как сильно ее любит. Любит.

— До тебя дошло мое послание!

Она почувствовала, как он улыбнулся.

— Да, до меня наконец дошло.

Она обхватила его руками и ногами и прильнула, как лоза к скале.

— Я имею в виду то, что оставила на твоем автоответчике.

— Я не был дома. Из офиса Гарри я отправился прямо сюда. — Он обхватил ее покрепче. — В нем было что-нибудь важное?

— Ничего особенного. Просто я сказала, что люблю тебя. — Хмельная от счастья, она целовала его подбородок, скулу, мочку уха. — И что всегда любила. — Она дернула его за прядь волос. — Не хочешь побегать обнаженным по берегу?

— Вы сумасшедшая женщина, Эмилия Дав.

— Это потому, что я помешана на тебе, Томас Джерико. Без ума от тебя.

— Ты забыла, что остров кишит репортерами, готовыми отдать свою правую руку за возможность застать Мадам Икс бегающей нагой по берегу?

— Я их обманула. — Она рассмеялась. — Сестра моей подруги Руби, Мегги, надела мою одежду и черный парик и отправилась в аэропорт. А я переоделась в ее одежду, надела рыжий парик и вместе с Руби спокойно дошла до «Голубятни». Пожалуй, я останусь тут жить.

Джерико прищурился.

— Ты не сможешь избегать их всегда.

Она понимающе кивнула.

— Я знаю. Но хотя бы сегодня мы можем притвориться, что все иначе.

— Притвориться?

— Ну, пофантазировать. Я же Мадам Икс? Тебе лучше к этому привыкать.

Он усмехнулся.

— Начинай.

Она на мгновение прикрыла глаза.

— Это история об одинокой красавице, живущей на острове Белл. Она начинается в полночь на освещенном луной берегу маленького острова. Женщина бредет по краю воды в одиночестве.

— В одиночестве или одинокая?

— Да, — печально кивнула она головой. — Женщина не вполне сознает это, но она одинока. Она заполняет свою жизнь грезами. И поэтому, когда однажды ночью красавица сталкивается с пиратом, вначале ей кажется, что он плод ее воображения. — Эмилия взяла руку Джерико и придвинулась к нему поближе. — Пират высок, силен, полон жизненной энергии. У него длинные русые волосы, развевающиеся на ветру. Суровое, покрытое шрамами лицо…

— Повязка на одном глазу? — спросил Джерико, подмигнув.

— Нет. — Она заглянула ему в лицо. — Его глаза завораживают ее. Они похожи на глаза кошки в темноте. В них опасное мерцание, которое проникает женщине прямо в душу. Он читает ее тайное томление по чему-то неизведанному, чему-то безнравственному.

— Ага! Она хочет побегать обнаженной по берегу.

Эмилия рассмеялась мягким гортанным смехом и прижалась щекой к лицу Джерико. Его щетина приятно щекотала кожу.

— И она делает это! Они вместе делают. Они совокупляются, как дикие животные, нагие и ненасытные, движимые инстинктом. Она наконец освобождается от всех оков и запретов.

Джерико захватил ее плечи в кольцо своих рук.

— Но секс — это все, что он может ей предложить, верно? И даже это не надолго. Он должен ее покинуть, — продолжил Джерико ее рассказ.

— Да, правда. Он не может взять ее с собой и не знает, как по-другому выразить свои чувства. Секс — вот единственное, что он может ей дать.

— Но этого недостаточно. Ни для кого из них.

Эмилия склонила голову ему на плечо, и мимолетная улыбка промелькнула на ее губах.

— Пират и не подозревает, что дает ей гораздо больше. Женщина знает, что он любит ее, даже когда она стоит на берегу и машет ему на прощанье. Он никогда не вернется. Он ушел навсегда.