— На весь день, — сообщил Бараш, опуская под ноги большой мешок. Такой же висел у него за плечом. — До боя ничего больше не получите. Приказ капитана.

— Чего это он так?

— Некому носить будет. Главный говорит, черноголовых подошло с три тысячи.

Зал и Шагар выглядели удивленными.

— Не волнуйтесь, — успокоил Бараш. — У капитана есть план. Не видать черноголовым Дагонора.

— Ясное дело, — согласился Шагар. — Мы непобедимы. С нами Дагон.

Бараш показал на принесенный мешок.

— Хлеб и вода. Денек потерпите на рабском рационе. Все мясо войску на передовую. Лагассар увеличила порции своим женщинам. На случай, если черноголовых долго ждать придется.

Аду раздражало это слово. Черноголовые… К ней самой постоянно так обращались, пока она была рабыней, но теперь, на свободе, обидное прозвище оскорбляло слух.

— Главный велел выдать им двойную норму, — Бараш качнул факел в сторону камеры. — Подкормить на случай, если придется перевести. Может место понадобиться.

Зал подобрал мешок и развязал его. Вынул три объемистых бурдюка, вручил два Шагару, один оставил себе. Рабам дадут пить, лишь когда те проглотят последнюю крошку сухого, безвкусного хлеба. Аде вспомнились дни, проведенные в пещерной темнице. Жажда мучила постоянно.

— Дальше справляйтесь сами, ребята, мне еще это отнести. И мечи сами себя охранять не станут.

Он повернулся и зашагал по тропе.

Ада замерла. Бараш направлялся к ней.

Глава 5

Избитый, но не покоренный

Бараш остановился. До нее еще с полдюжины шагов.

Ада не смогла сдержать дрожь. Что делать? Бежать? Но ее шаги услышат и бросятся в погоню. Кричать нельзя, Урук не разрешил, да и бесполезно. Она даже подумала, не броситься ли на Бараша, чтобы вырвать у него из рук факел, но решила, что это верная смерть.

— Что там? — насторожился Шагар.

— Парень, — сообщил Бараш. — Торчит тут, как пень.

— Что делает?

Бараш не ответил. Он махнул Аде рукой.

— Иди сюда!

Ада не двигалась. Мышцы ее напряглись, она чувствовала себя, как загипнотизированный кролик.

— Иди сюда! — сурово повторил Бараш.

Ада замигала, пытаясь сообразить, что делать. «Ничего не поделаешь, попалась», — она вздохнула и шагнула вперед.

— Что за привидение? — пробормотал Зал, подходя к Барашу. Шагар остался возле двери камеры.

— Кто ты такой? — спросил Бараш.

Ада попыталась придумать какое-нибудь мужское имя, но рассудок отказывался служить. В голове образовалась неприятная пустота.

— Немой, — проронил Зал, скрестив руки на груди.

— Кадим, — само собой вырвалось у Ады. Она тут же обругала себя. Имя беглого раба! Голова Кадима все еще гнила на колу перед храмом. Не могла выдумать ничего лучше!

Но нифилимам ее мысли не передались.

— Где-то я это имя слышал, — проговорил Зал. — На кухне, что ли, работает…

Ада удивилась.

— И чего тебе здесь надо, Кадим? — спросил Бараш.

— Я… — но она не подготовилась к такой ситуации. Ничего правдоподобного в голову не приходило.

— Тащи его к свету, — крикнул Шагар.

Зал схватил Аду за руку и потянул за собой. Ада сгорбилась и опустила голову, пряча грудь и лицо. Эта поза подозрений не вызвала, рабы-носильщики все сутулились и горбились.

— Ну, так что мы тут изволим искать? — спросил Бараш, опустив мешок на землю и положив руку на рукоять бича.

— Капитан… Капитан послал меня к главному, — тотчас затараторила Ада.

— Капитан? — переспросил Шагар. — Ишь ты!

Ада глянула через плечо. Нельзя было позволять себе этого виноватого жеста! Но она не смогла себя пересилить. А вдруг Урук уже несется на выручку с обнаженным мечом.

— Врет, собака. — Зал сжал ее руку повыше локтя. — Гляньте, рубаха обрезана.

— Что хотел капитан? — спросил Бараш.

— Солдат.

— Гм… Сколько?

— Двадцать пять.

Нифилимы переглянулись. Бараш выпятил губы. Шагар нахмурился. Зал фыркнул. Они взвешивали названное количество. Много? Мало? Урук бы знал, какую цифру назвать, он наблюдал за Нифилим и их движением. Но Урук далеко.

— Сколько-сколько? — спросил Шагдр.

— Двадцать пять, — увереннее повторила Ада.

— Двадцать пять…

Ада кивнула.

— Врет, — спокойно заявил Шагар.

— А вот сейчас мы с него шкуру снимем, правда-то и проступит, — и Зал тут же потянулся к бичу.

— А поставим-ка его сюда, к стене, — предложил Бараш.

Зал и Шагар схватили ее с двух сторон за руки и швырнули к стене. Ада ударилась о неровную поверхность скалы и вскрикнула. Рубаха натянулась на груди.

— Девка, — изрек Бараш.

На Урука Ада уже не надеялась. Она смотрела вдоль цепочки факелов, ожидая увидеть его убегающую фигуру. Да и чему тут удивляться? Ведь здесь трое стражников.

— Интересно, интересно, — почесал затылок Зал.

— Надо к главному ее, пусть он разбирается, — предложил Шагар.

— Это верно, — согласился Бараш. — Но сначала обыщем. Мало ли что…

Ада закрыла глаза. Шагар и Зал принялись ее обшаривать. Сотни раз ее обыскивали, но она так и не привыкла к грубым прикосновениям чужих рук.

— Ничего, — и Шагар швырнул ее обратно к стене.

— Я ее не узнаю, — прищурился Бараш, поднося факел к лицу пленницы. — А вы? Шагар?

— Нет.

— Зал?

— Нет… Грязная, собака.

— Можно плеткой грязь счистить, — мило пошутил Бараш.