Читаем Черные приливы полностью

Кстати говоря, для малых и средних танкеров, да и для других судов Гибралтарский пролив далеко не так безопасен, как кажется. При слишком большой его загруженности (в среднем восемь судов в час в обоих направлениях, уступает он в этом только Ла-Маншу) и при небольшой ширине (между мысами Трафальгар и Спартель приблизительно 33 мили, а между марокканским мысом Сирес и испанским мысом Марроки всего 8 морских миль) существует постоянная опасность столкновений. Прибрежные страны, развивающие международный туризм, обеспокоены данным обстоятельством. Ведь столкновение нефтеналивных судов грозит серьезным загрязнением моря и пляжей. Поэтому для Гибралтарского пролива разработана и успешно применяется схема разделения транспортных потоков, предусматривающая пропуск судов в Средиземное море вдоль южного побережья, а их выход вдоль северного.

Следует учитывать и природные опасности Гибралтарского пролива, например, режим ветров. Строго западный или восточный ветры дуют в проливе с гористыми берегами, словно в аэродинамической трубе. Возможны и внезапные штормы. В 1981 году в результате такого шторма столкнулся с английским военным кораблем и затонул в проливе пароход «Утопия» с 550 моряками и пассажирами.

Статус пролива — тема сложная и щекотливая. Прибрежные страны Испания и Марокко претендуют на 12 миль территориальных вод, что означает фактический дележ его между собой. Однако многие страны не признают этих претензий, считая, что прибрежным странам пролива достаточно и трех миль, а средняя часть пролива — открытое море. Так, США, придерживаясь такой точки зрения, разрешают своим военным подводным лодкам проходить Гибралтарский пролив в погруженном положении. В настоящее время вопрос о проливе в стадии дискуссий.

Путь нефтеналивных судов, направляющихся в Европу, после Бискайского залива проходит между полуостровом Бретань и островом Уэссан, который окружен множеством подводных скал. Стоит чуть сбиться с курса и пройти к Уэссану ближе, чем положено, как суда оказываются жертвами этих скал. По своему положению остров Уэссан является как бы поворотным пунктом для судов, следующих из пролива Ла-Манш в Атлантический океан и обратно. Подводные скалы около этого острова, а также сильные приливо-отливные течения делают плавание сложным, а иногда опасным. Лоцией рекомендуется в ясную погоду проходить на расстоянии около 10 миль к западу от острова Уэссан, а при плохой видимости на расстоянии не меньше 40 миль.

Авария крупнейшего танкера флота покойного миллиардера Онассиса «Олимпик брейвери» грузоподъемностью 275 тысяч тонн, которая произошла на скалах острова Уэссан 24 января 1976 года, не очень взволновала общественность, потому что при этом разлилось лишь около 1,2 тысячи тонн нефти из топливных танков. Дело в том, что «Олимпик брейвери» шел в балласте, направляясь из Бреста в норвежскую гавань Фарсунд. Такой необычный для судов танкерного флота переход порожняком объяснялся резким ухудшением конъюнктуры на мировом фрахтовом рынке, вследствие чего супертанкер пришлось отправить на прикол в уютную гавань в норвежском фиорде.

Несмотря на неблагоприятную для Ла-Манша метеосводку, гигантское судно вышло из Гавра в рейс, надеясь легко перенести шторм во время перехода. И действительно, супертанкер, не обращая внимания на крепкие ветры северных румбов, легко резал вздымавшиеся волны. Однако произошло чрезвычайное происшествие — неожиданно остановились двигатели. Механиков, постоянно их обслуживающих, вероятно, на борту не было. Шло время. Беспомощный супертанкер находился в руках стихии, и его дрейфовало к опасным скалам Уэссана. Зарываясь в волнах, наперерез супертанкеру шло спасательное судно «Герос», вызывая по УКВ капитана «Олимпика брейвери». Капитан супертанкера приказал отдать якоря; левый оборвался вместе с цепью, лопнувшей словно паутинка, правый не зацепился за дно. Еще несколько минут — и «Олимпик брейвери» заклинило в скалах. Его капитан, который вел перед этим неторопливый торг со спасательным буксиром, надеясь, что заработают двигатели или, на худой конец, удастся удержаться на якорях, согласился на открытый лист спасательного ллойдовского контракта. «Герос» приступил к работе, но безуспешно — «Олимпик брейвери» плотно сидел в каменной западне. Танки правого борта были повреждены, и в них прорвалась вода, создавая крен судна до 20 градусов.