Читаем Черные очки полностью

– Пожалуйста, поймите меня правильно, мистер Хардинг, – живо проговорил Марк. – Мы не какие-то парии. Мы делаем то, что нам нравится. Уезжаем, когда нам это придет в голову, и возвращаемся домой, когда захотим этого – во всяком случае, я поступаю именно так. Сейчас я стремлюсь поскорее вернуться, потому что верю в то, что смогу решить проблему, мучающую всех нас. Часть ответа я уже знаю. Есть, однако, некоторые, – он вновь замялся, поднял руку, сделал ею неопределенный жест и опять опустил ее на колени. – Попав в Содбери Кросс, вы услышите различные инсинуации, до вас будут доходить всяческие слухи, атмосфера вокруг будет не самой приятной. Вы готовы к этому?

– Да, – ответил Джордж.

В памяти человека, наблюдавшего из дверей вестибюля, навсегда запечатлелась эта группа, окаймленная старинными колоннами и представлявшая какой-то странный символ того, что должно было в дальнейшем произойти. Однако в тот момент мысли его были далеки от этого. Вместо того, чтобы войти в дом Аулюса Лепидуса, отравителя, он повернулся и вышел на Аллею Гробниц, а потом прошел немного дальше в сторону Геркуланских ворот. Облачко белого дыма вилось вокруг вершины Везувия. Инспектор британской уголовной полиции Эндрю Эллиот присел на остатки древней стены, закурил и принялся задумчиво разглядывать ящериц, мелькавших, словно темные молнии, между камнями.

* * *

В ночь, когда произошло убийство на вилле Марка Чесни "Бельгард", инспектор Эллиот выехал из Лондона в своем автомобиле, которым он чрезвычайно гордился, и прибыл в Содбери Кросс около половины двенадцатого. Ночь была чудесная и довольно теплая для 3 октября, хотя казалась очень темной после солнечного дня.

"Во всем этом замешан какой-то рок", – мрачновато думал инспектор. Когда старший инспектор Хедли поручил ему дело, Эллиот не стал делиться с ним своими мыслями, но в его памяти всплыли воспоминания о сцене в Помпее и о странной истории, свидетелем которой он был однажды в аптеке.

– Как обычно, – с горечью проговорил Хедли, – к нам обратились, когда следы расплылись уже, словно мед в горячей воде. Почти через четыре месяца. В прошлом деле вы проявили себя очень неплохо, так что, может быть, вам удастся чего-то добиться, но особого оптимизма на этот счет я не испытываю. Вы знакомы с этой историей?

– Я... читал кое-что в газетах в то время, когда все это случилось.

– Так вот, все это надо будет разворошить снова. Похоже, что городок страшно возбужден, особенно после того, как семья Чесни вернулась из-за границы. Анонимные письма, надписи на стенах и все такое прочее. Грязное это дело, сынок, когда отравляют детей.

Эллиот мгновенье молчал в нерешительности, потом его охватил глухой гнев.

– Полагаете, что это кто-то из семьи Чесни, сэр?

– Не знаю. У майора Кроу, начальника местной полиции, есть какие-то соображения на этот счет. Кроу более эмоционален, чем можно было бы сказать по его виду. Если уж он вцепится в какую-то идею, то потом его от нее клещами не оторвешь. Во всяком случае, всю необходимую информацию он вам даст. Вообще, человек он хороший и вы с ним наверняка сработаетесь. Да, если понадобится помощь, там совсем неподалеку будет Фелл. Он лечится в Бате. В случае чего можете позвонить ему и попросить немного поработать для разнообразия.

Эндрю Эллиот, человек молодой, серьезный и истинный шотландец по характеру, почувствовал глубокое облегчение, узнав, что сможет рассчитывать на помощь доктора Фелла. У него мелькнула мысль, что Феллу он, пожалуй, может рассказать все, что у него на уме, потому что доктор принадлежал к людям, которым можно довериться во всем.

В результате в половине двенадцатого ночи инспектор Эллиот прибыл в Содбери Косе и остановил машину перед полицейским участком. Содбери Кросс – нечто среднее между деревней и городом, но там бывает ежегодная ярмарка и расположен он рядом с лондонской автострадой, так что приезжих там всегда хватает. В этот час ночи городок был погружен в сон. Свет фар скользил по рядам темных окон.

Майор Кроу и инспектор Боствик ожидали его в полицейском участке.

– Прошу извинить за то, что прибыл так поздно, – сказал Эллиот. – Дело в том, что мне пришлось менять колесо...

– Ничего страшного! – ответил майор. – Мы и сами полуночники. Где вы собираетесь устроиться?

– Мне рекомендовали "Синего Льва".

– Лучше вы тут и впрямь ничего не найдете. Хотите сразу отправиться туда и немного отдохнуть или сначала послушаете, что нам известно об этом деле?

– Предпочел бы познакомиться с делом, сэр, если только вы не находите, что сейчас слишком поздно.

На мгновенье в кабинете наступило молчание, нарушавшееся только громким тиканьем часов; свет газового рожка нервно вздрагивал. Майор Кроу открыл ящик стола и угостил всех сигаретами. Это был высокий мужчина с седыми усами, безупречными манерами и мягким голосом – один из тех отставных военных, успехам, которых удивляются, рее, кому приходилось сталкиваться с ними на работе. Майор закурил и на минуту задумался, опустив глаза.

Перейти на страницу:

Все книги серии Доктор Гидеон Фелл

Слепой цирюльник [litres]
Слепой цирюльник [litres]

Золотой век детектива подарил нам множество звездных имен. Произведения таких писателей, как Агата Кристи, Гилберт Честертон, Эрл Стэнли Гарднер, Рекс Стаут, развивали и совершенствовали детективный жанр, их романы, безоговорочно признанные классикой, по сей день любимы читателями и являются эталоном качества для последующих поколений авторов детективных историй. Почетное место в этой плеяде по праву принадлежит Джону Диксону Карру (1906–1977) – виртуозному мастеру идеально построенных «невозможных преступлений в запертой комнате». Роман «Слепой цирюльник» продолжает серию книг о сыщике-любителе докторе Гидеоне Фелле. Внешность героя, предположительно, была списана с другого корифея детективного жанра – Гилберта Честертона, а его заслуги в истории детективного жанра, по мнению большинства почитателей творчества Карра, поистине вызывают уважение. Так, писатель Кингсли Эмис в своем эссе «Мои любимые сыщики» назвал доктора Фелла «одним из трех великих преемников Шерлока Холмса».

Джон Диксон Карр

Классический детектив
Изогнутая петля
Изогнутая петля

Золотой век детектива подарил нам множество звездных имен. Произведения таких писателей, как Агата Кристи, Гилберт Честертон, Эрл Стэнли Гарднер, Рекс Стаут, развивали и совершенствовали детективный жанр, их романы, безоговорочно признанные классикой, по сей день любимы читателями и являются эталоном качества для последующих поколений авторов детективных историй. Почетное место в этой плеяде по праву принадлежит Джону Диксону Карру (1906–1977) – виртуозному мастеру идеально построенных «невозможных преступлений в запертой комнате».Роман «Изогнутая петля» продолжает серию книг о сыщике-любителе докторе Гидеоне Фелле. Внешность героя, предположительно, была списана с другого корифея детективного жанра – Гилберта Честертона, а его заслуги в истории детективного жанра, по мнению большинства почитателей творчества Карра, поистине вызывают уважение. Так, писатель Кингсли Эмис в своем эссе «Мои любимые сыщики» назвал доктора Фелла «одним из трех великих преемников Шерлока Холмса».

Джон Диксон Карр

Детективы / Классический детектив / Классическая проза ХX века

Похожие книги

Другая правда. Том 1
Другая правда. Том 1

50-й, юбилейный роман Александры Марининой. Впервые Анастасия Каменская изучает старое уголовное дело по реальному преступлению. Осужденный по нему до сих пор отбывает наказание в исправительном учреждении. С детства мы привыкли верить, что правда — одна. Она? — как белый камешек в куче черного щебня. Достаточно все перебрать, и обязательно ее найдешь — единственную, неоспоримую, безусловную правду… Но так ли это? Когда-то давно в московской коммуналке совершено жестокое тройное убийство родителей и ребенка. Подозреваемый сам явился с повинной. Его задержали, состоялось следствие и суд. По прошествии двадцати лет старое уголовное дело попадает в руки легендарного оперативника в отставке Анастасии Каменской и молодого журналиста Петра Кравченко. Парень считает, что осужденного подставили, и стремится вывести следователей на чистую воду. Тут-то и выясняется, что каждый в этой истории движим своей правдой, порождающей, в свою очередь, тысячи видов лжи…

Александра Маринина

Детективы / Прочие Детективы