В этот момент на моих глазах как раз трое человек спокойно спрыгнули в воды и пошли к горизонту, таща за собой небольшую плоскодонку. Вот так запросто спрыгнули с пирса и пошли, как ни в чём не бывало. И уже через десять минут казалось, будто они идут по самому небу.

— Ладно, похоже, что выхода особого и не остаётся…

Глава 81

— Ну-с… с богом, — пробормотал я.

— С каким?

— Без разницы, Люнь.

— Нет, ну если ты веришь в богов, то лучше помолиться водя…

Я не стал слушать её офигительные истории и осторожно спрыгнул в воду.

Здесь было действительно по колено, и с трудом верилось, что такая глубина будет на всём пути Водной Глади. Однако, как и обычно в таких ситуациях, было одно такое «но».

Дно-то илистое.

То есть ты наступаешь, и как нога чуть-чуть проваливается, и ощущение, будто идёшь по зыбучему такому песку. Не страшно вроде, но не дай бог вот так наступишь на яму, закрытую илом, и тебя просто утянет, как в трясину.

Мы сейчас находились прямо около небольшого причала, и в принципе я ещё мог вернуться, но блин, будем реалистами — здесь ловить нечего. Военкомата бояться — к двери не подходить. А мне в любом случае придётся подняться повыше, если не ради Ки, то хотя бы ради себя, так как все возможности лежат там, в империи Ёхендхай. А это значит, что придётся вновь возвращаться к культивации и пытаться подняться выше.

Боль, тоска, печаль, Инал…

В поход через водные глади я закупил простенькую плоскодонку, которую можно было тащить за собой. Это для того, чтобы спать было где, так как на воду же не ляжешь, и я сомневаюсь, что там будут попадаться островки, где можно будет разложить спальное место. А так встал на привал, бросил якорь и лёг в неё спать. И плюс кожаные сапоги до паха, чтобы можно было не мочить ноги.

Так я и отправился в этот долгий путь.

За остаток дня мне не удалось уйти далеко от города, но это было и к лучшему. Вряд ли вблизи него водятся твари, а я мог немного потренироваться укладываться в плоскодонку. На ней здесь особо не поплаваешь, так как течение начинает сразу сносить и может получиться так, что начал плыть от города, вы подплывёшь к берегу вообще где-нибудь у гор. Поэтому куда проще было идти и тащить её за собой, а не грести против течений.

Сбросив якорь, я осторожно забрался на судно, разложил монатки, покормил енота, который купаться не горел желанием, и, используя его, как подушку, лёг спать.

Не зря кормлю его, вон какая шерсть и пузяко — спать одно удовольствие.

А на следующий день я вновь тронулся.

Не умом — в путь.

Это было действительно немного странно: ты идёшь, идёшь, идёшь, а вокруг одна вода по колено. Вот уже город становится всё меньше и меньше, скрываясь за горизонтом, как и горы, которые едва-едва видны отсюда, а ты до сих пор по колено в воде.

Разве что попадаются деревца, скрюченные, как японские, то тут, то там, да кочки. Некоторые твёрдые, а некоторые будто из грязи, сразу под ногой проваливаются.

Иногда около меня проплывали целые косяки рыб, встречались и змеи, которые скользили будто по поверхности воды от кочки до кочки. Глядя на них, невольно задумываешься — а не водятся ли здесь пираньи? Не хочется, чтобы тебе всё по пояс обглодали.

— Раньше в моё время здесь были топи и река, — сказала Люнь. Она летела передо мной, осматривая дорогу.

— В смысле болото?

— Да, такое большое. Но оно явно со временем стало ещё больше.

— Это уж точно.

Оно стало настолько большим, что мы никуда не вышли ко второму дню, будто пейзаж и не менялся, зато теперь на горизонте было ничего не видно. Единственным ориентиром были теперь солнце да звёзды.

Вторая ночёвка так же прошла без приключений, разве что я вновь начал медитировать. Как видно, без этого мне теперь никуда. Конечно, капля в море, но всё лучше, чем совсем ничего. Как-то продвигаться дальше надо, пусть медитация и слабая у чёрного начала.

— Вновь взялся за ум, — раздался голос Люнь, который заставил меня слегка выйти.

— Осознал необходимость.

— Не пойму твоё какое-то… нежелание становиться сильным, если честно.

— Не нежелание, а…

А смысл. Ну стану я сильным, и что дальше? Я имею ввиду, в своём мире она мне не сильно нужна, поэтому я и не сильно старался подниматься по ступеням Вечных. Я-то и не собирался особо путешествовать по этому миру ведь.

А сейчас, когда понимаю, что без этого всё же не обойтись… ну да, приходится заниматься этим. В этом мире правит сила — глупо отрицать очевидное. Поэтому медитация, медитация и только медитация.

— Не желание, а? — спросила Люнь, намекая, чтобы я продолжал.

— Не желание, а отсутствие необходимости, — закончил я. — Я не особо собирался, если честно, отправляться куда-либо.

— А хотел вернуться домой, ты говорил уже мне.

— Да.

— А где твой дом?

— Далеко. Достаточно далеко, чтобы ты не знала этого места. Может как-нибудь и расскажу о нём.

А пока медитация.

Я вновь углубился в знакомые потоки, полные силуэтов, звуков, напоминающих голоса или вой ветра в замке, и множества нитей. Я так и не узнал, что это за место, куда ты погружаешься при медитации.