«То, что Хейг вознамерился вдруг рассказать полицейским о том, как он уничтожил в кислоте тело Дюран-Декон, показалось поначалу совершенно необъяснимым. В принципе, сами детективы были весьма далеки от того, чтобы обвинять Хейга в чем-либо подобном. Но преступник очень скоро объяснил мотивы своей откровенности: он не боялся обвинения в убийстве на том основании, что старинная норма английской правовой системы требовала непременного предъявления в качестве объекта преступного посягательства тела погибшего человека. Другими словами, обвинение в убийстве не могло быть доказано до тех пор, пока обвиняющая сторона не предъявляла обнаруженного ею трупа. Эта правовая норма, известная как corpus delicti (буквально – „наличие тела“), служила порой, особенно в Средние века, серьезной препоной для отправления правосудия. По состоянию на 1949 год она не считалась формально отмененной, и Хейг, по-видимому, был чрезвычайно доволен тем, что сумел загнать полицейских в логический тупик. „Как вы докажете совершение мною убийства, – разглагольствовал он на допросе 28 февраля 1949 года, – если тела Дюран-Декон не существует? Оно полностью растворено кислотой!“
О разработке методики растворения человеческих тел Хейг рассказал примерно следующее. Во время его последнего тюремного заключения один из сокамерников поведал ему о принципе corpus delicti. Хейг загорелся идеей идеального убийства, т. е. такого убийства, при осуществлении которого доказать виновность будет невозможно в принципе. Как можно было уничтожить тело, не оставив никаких следов органики? Либо сжечь, либо растворить без остатка. Первый путь помешанный на чистоте Джон Хейг отверг сразу же как негигиеничный, а также весьма трудоемкий. Чтобы изучить второй способ, он записался в тюрьме в помощники мастера по лужению. Поскольку при лужении и пайке для снятия с металлов окисной пленки используются сильные кислоты, то работа по этому профилю открывала перед Хейгом вполне благовидный к ним доступ. Понемногу утаивая серную кислоту, он сумел накопить ее несколько десятков граммов, после чего решился на первый эксперимент – растворение мыши. Купив у соседа по камере живую мышь, Хейг опустил ее в блюдце с кислотой. Эффект превзошел все его ожидания: органическая ткань растворялась в серной кислоте, словно чернила в воде. С мышиными косточками дело обстояло несколько хуже, но и они довольно быстро растворились без остатка. Полное растворение мыши потребовало менее 30 минут.
Под глубоким впечатлением от сделанного открытия Хейг с энтузиазмом, достойным лучшего применения, принялся за совершенствование методики. Вскоре заключенные со всей тюрьмы несли ему пойманных мышей, а он скупал их, не особенно торгуясь. Кислоту он тоже начал покупать у лудильщиков из других смен. В конце концов разработанная Джоном Хейгом технология свелась к следующим довольно незатейливым правилам:
а) масса кислоты должна быть не менее массы растворяемого тела;
б) сильно концентрированная кислота взаимодействует с органическими тканями не так активно, как менее концентрированная;
в) слабый подогрев увеличивает активность реакции;
г) перемешивание слоев жидкости также увеличивает скорость протекания реакции;
д) для полного растворения человеческого тела обычной комплекции при достаточном количестве кислоты потребуется около двух суток».
