Читаем Черные гремлины полностью

Один раз я вообще ничего не сказал в ответ на "как самчустве", но Рухма все равно буркнул "ясн" и поковырялся в моих ушах. Несмотря на возраст, Рухма свое дело знал: больные поправлялись и чувствовали себя гораздо лучше.

Рухма приказал мне отдыхать еще три ночи, но я не мог ждать так долго. Я чувствовал, что нахожусь в центре огромного лагеря и что снаружи может быть Ари-Ару. Бездействие причиняло почти физическую боль.

Покидать госпиталь строго запрещалось, поэтому я сбежал. Став невидимкой, я прошмыгнул мимо двух черных гремлинов, стерегущих выход из норы, и оказался снаружи, под ночным небом.

Мир выглядел так, словно раскололся пополам. Одна половина была такой, как раньше - чистое небо и бескрайние просторы Белого моря. А вторая превратилась в металлическую стену, вершина которой терялась в небесах, а края простирались до горизонта. Словно часть мира превратилась в железо. Это была та самая стена, прятавшаяся за концом мира, и испарения Белого моря больше ее не скрывали. Она была сплошной, ровной и бесконечно огромной.

Я находился рядом с Мегастеной. Но где именно?

Госпиталь стоял на возвышенности, с которой было хорошо видно окрестности. Я огляделся, и на меня нахлынули противоречивые воспоминания. Это место было мне так знакомо, несмотря на то, что оно невероятно изменилось.

Огромный плавучий остров, скайлд Борд, некогда неряшливая база серых пиратов, усилиями черных гремлинов преобразилась в неприступную военную крепость. Здесь стало чисто: ровные, аккуратные улицы, прямые норы с гладкими стенами, и обсидиан - много обсидиана, которым укрепили основные стены и бараки.

Несмотря на большой размер, скайдл Борд был переполнен жителями. Черные гремлины оказались в меньшинстве: все улицы были забиты лохматыми пешеходами, а из перенаселенных нор выглядывали обеспокоенные морды. Гремлины старались держаться собратьев своего племени, из-за чего остров казался разбитым на разноцветные кварталы. Самым крупным, занимающим пятую часть острова, был боевой лагерь черных, а на улицах можно было увидеть их патрулирующие отряды.

Почти столько же было серых и необычных темно-зеленых гремлинов, от квартала которых поднимались столбы дыма. Только огромная выжженная площадь, где когда-то стояла пирамида Оникса с надписью "Страдай", оставалась пустынной.

Мой взгляд привлекла высокая башня посередине скайдла. На ее вершине сидела свесив хвост розовая самка и внимательно разглядывала Белое море слепыми глазами. Ниро.

Неожиданно Ниро повернула голову и уставилась прямо на меня. Неужели маскировка пропала? Но нет, мои лапы все еще сливались с мостовой. Ниро сощурила незрячие глаза, почесала голову и отвернулась.

Даже у Ниро не получится меня заметить. На этот раз у меня есть цель. Я стал сильнее, умнее и обязательно найду Ари-Ару. Нельзя позволять черным обижать ее и заставлять делать всякие глупости.

Мне был нужен высокопоставленный черный, который знал, где Ари-Ару. Я помню только то, что она служила под началом Буквы.

Я спустился к переплетению улиц и направился к штабу черных. Я шел мимо расцарапанных стен бесчисленных квадратных нор и чувствовал едкий запах тревоги и страха. Словно жители острова готовы были накинуться друг на друга в любой момент. Их еле сдерживаемая агрессия едким мускусом пропитала воздух переулков.

Путь к лагерю черных лежал через дымный квартал темно-зеленых гремлинов. Они были чудными. Их уши и ноздри пронзали блестящие побрякушки, а лапы и хвосты покрывали браслеты и ожерелья, сделанные из всего подряд: из кусочков шерсти, из окаменелого зефира и даже из костей. У зеленых гремлинов были большие, широко раскрытые глаза, отчего складывалось впечатление, что они все время были чем-то удивлены.

Одна самка даже учуяла меня и высунулась наружу, жадно втягивая воздух. На секунду я вблизи увидел огромные любопытные глаза. Они были зелеными, как и ее шерсть. Вздох спустя она отдалилась и скрылась в норе, что-то беззлобно шипя.

Время от времени встречались марширующие группы боевичков, грозно высматривающих беспорядки. Они хмурились и держали уши торчком. Некоторые темно-зеленые бросали в патрули отрыгнутые комочки и поломанные побрякушки, но боевички старались не обращать на них внимания, только больше сводили брови.

Так здорово быть невидимым. Я бесшумно ступал по борду подушечками лап, почти касаясь других гремлинов, но они лишь удивленно шмыгали носом и ничего не понимали. Никто не смог остановить меня: ни подозрительные зеленые, ни хмурые патрули черных, ни внимательная охрана на входе в тренировочном лагере.

Букву я нашел на плацу. Она гоняла отряд серых и желтых новобранцев. Ари-Ару среди них не было. Гремлины буравили Букву злыми взглядами, но подчинялись и прыгали, приседали и скакали, когда она приказывала. А кто отлынивал, получал лапой по голове.

Я спрятался за входом в барак и начал ждать. Ждать быстро надоело, и я отправился бродить по лагерю.