Читаем Чёрное пламя полностью

Клацая зубами, я то проваливалась в бессознательное состояние, то возвращалась обратно, шепча что-то непонятное даже мне. Я не могла так больше лежать. Неконтролируемые слёзы полились опять, они застилали глаза, мешали видеть и обжигали кожу лица. А потом дыхание перехватило, и пришёл страх. Появившись где-то на границе сознания, он так быстро разросся, что застал врасплох.

Я должна убежать и найти его. Я не могу лежать. Ещё немного времени, и я просто умру.

Скинув с себя одеяло, я бросилась к двери и подёргала ручку, но она не поддавалась. Я стала дёргать сильнее и колотить в дверь.

— Амелия, стой, — позвала меня Ния и попыталась схватить руками за плечи, но я толкнула её, и подруга упала на пол.

Я должна выбраться любой ценой.

Обернувшись к балкону, я молнией бросилась к нему, но Ния успела схватить меня за ногу. Пихнув её второй, я смогла вывернуться и быстро подняться. Ирмис почти удалось остановить меня в дверях, но я вырвалась и от неё, толкнув её на стекло.

— Не трогайте меня, — рыкнула я подругам, а затем стремительно двинулась к бортику навстречу свободе.

Ещё немного, только спрыгнуть…

Но тут меня опрокинули и придавили сверху. Страх усилился, и стало тяжело дышать. Ком в горле так увеличился, что сдавил шею. Слёзы брызнули из глаз, и я закричала.

Я должна выбраться любой ценой!

— Быстро беги зови Джареда, — послышалось сзади.

Удаляющиеся шаги. Мы остались вдвоём. Резко обернувшись, я вцепилась Ние в волосы и дёрнула вбок. Она вскрикнула от резкой боли и ослабила хватку, но мне этого хватило. Я скинула её с себя и поползла к парапету, но только я поднялась и перекинула ногу через перила балкона, чьи-то сильные руки в мгновение меня стащили и вернули в комнату. Я брыкалась и пыталась ударить, но ничего не получалось. Меня прижали к кровати.

Я хотела извернуться и выбраться, но внутри начало жечь. Сначала было просто тепло, но оно разрасталось по венам, проникало в руки, ноги, окутало сердце и залезло в голову. А следом пришла чудовищная невыносимая боль. Я истошно завопила, чувствуя, будто меня режут изнутри раскалёнными ножами. Ощущение усиливалось с каждой секундой и приносило нестерпимую агонию. Я схватилась за голову и вцепилась ногтями в кожу.

— Пусть всё пройдёт, — рыдала я, сжимаясь в комок, — пусть пройдёт…

Я больше ничего не видела, глаза словно выжгло, а любое движение будто резало на живую. Так сильно и долго, что хотелось умереть. Я не хотела кричать, но не могла сдержаться, вопли вырывались из глотки сами.

— Да что происходит-то?! — чей-то смутно знакомый женский голос дрожал.

— Сними с неё кулон, быстро, — ответил ей мужской.

Я уловила какое-то движение около шеи, а затем ругательства.

— Всё очень плохо, — прерывая мои вопли, сказал мужской голос.

— Что делать?

— Не знаю… хотя, Ирмис, у меня есть вариант, но…

Я услышала удаляющиеся шаги. Каждый звук болью отдавался в и без того раскалывающейся голове. Я слезла с кровати, ударившись коленями об пол, отползла в угол комнаты и заткнула уши руками.

— Пусть все прекратится, пусть все прекратится… прекратится… — шептала я сквозь слёзы и боль, — я не могу, убейте меня…

Меня замутило. Судороги резко усилились, а внутри словно наизнанку выворачивало и перекручивало внутренности. Не в силах больше терпеть рези и жжение, я опять истошно завопила и, глотая слёзы, молила меня убить. Чьи-то руки подняли меня с пола, вызвав очередной вопль ужаса. Хоть бы всё уже закончилось, я больше не могу!

— Дай сюда.

Мою голову приподняли и влили в рот что-то тёплое. Я закашлялась. Жидкость не шла и застревала в горле, вызывая приступы кашля, но меня держали и лили насильно. Кое-как проглотив жижу, я чуть не подавилась и долго не могла откашляться. Но с каждым вздохом боль постепенно отступала, жжение уменьшилось, оставив только жуткую слабость. Страх, пульсировавший в голове, утих, пока не исчез вовсе.

Я лежала на боку совершенно обессиленная. В голове не осталось ни единой мысли, словно я растворилась в пространстве, оставив только пустую оболочку. Кто-то дотронулся до меня, но тут же одёрнул руки.

— Подожди. Смотрите, — прошептал мужской голос.

Лицо начало неметь. Я перестала чувствовать губу, затем онемел нос, а потом и отказали и остальные мышцы. Я ощутила странное давление, распирающее изнутри, словно кости ломались. Схватившись за лицо, я снова издала истошный вопль. Челюсть хрустела. Не выдержав очередной мучительной боли, я погрузилась в черноту.

Солнце светило прямо в глаза, заставляя меня очнуться. С трудом приподнявшись на локте, я схватилась за голову, борясь с подступившим головокружением. Слабость во всём теле тянула обратно в кровать, но события прошлого дня неясными картинками мелькали, и мне нужны были ответы.

— Как ты себя чувствуешь? — села рядом Ирмис с усталым видом.

Я попыталась ответить, но во рту будто всё опухло и мешало говорить, язык еле ворочался и постоянно куда-то утыкался. Смогла произнести хоть что-то я раза с пятого.

— Будто меня избили, — поморщилась я и попыталась сесть.

Джаред подошёл и присел с другой стороны, внимательно меня оглядывая с некоторой опаской.