Читаем Черное копье полностью

– Если предположить, что всё рассказанное вами – правда, – задумчиво продолжал Этчелион, – тогда нам нужно немедленно поднимать все силы, которыми мы располагаем. Этот приказ я отдать не могу. Небольшая наша постоянная армия отобьёт даже крупное вторжение кочевников – но против сил всего Востока… Можете ли вы показать на карте эту самую цитадель Олмера?

Хотя принесённая и расстеленная карта изобиловала белыми пятнами, леса Ча и Опустелая гряда на ней отыскались – у самого восточного обреза. Герцог и его приближённые склонились над ней.

– Откуда же будет нанесён их удар? – ни к кому в отдельности не обращаясь, спросил Этчелион. – Вы можете назвать место их сборного пункта?

– Место назвать не могу, – покачал головой Фолко, – а вот куда ударят… Тут гадать не приходится. Олмеру прекрасно известна история Войны за Кольцо – и он не повторит ошибки Бледного Короля. Он не станет биться лбом в стены твердыни Минас-Тирита. Не повторит он и ошибки Неназываемого – не станет разбрасывать свои силы на тысячелиговом фронте от моря до Серых гор. Я думаю, он всеми силами обрушится на Рохан – идеальный проход дальше на запад, а против Гондора может двинуть истерлингов с юга и оставить сильные заградительные отряды. Арнорская помощь может не успеть, силы Соединённого королевства окажутся рассечёнными надвое – и разбить их по частям будет куда легче.

– Значит, место их сбора тебе в точности неизвестно, – словно не услышав речи хоббита, продолжал Этчелион. – Планы их ты тоже не знаешь. А что до твоих предположений…

Все трое нобилей, как по команде, дружно фыркнули.

– Бред! – заявил один.

– Ерунда! – подхватил второй. – Никакой враг не дерзнёт оставить в тылу непокорённый Гондор!

– Пусть попробуют прорваться в Анориэн! – продолжал третий. – Тут-то мы с роханцами и возьмём их в клещи. Пусть идут!

– Вы слышали? – обратился герцог к хоббиту и его товарищам. – Я согласен с тем, что было высказано. Гондор остановит любое вторжение уже одним фактом своего существования. Никакой полководец, если только он не безумен, не дерзнёт выставлять какие-то там заслоны против всей нашей мощи. Мы ведь не собираемся отсиживаться за стенами, как три века назад! Харадримам не продвинуться дальше Пороса – если только они не запрудят реку собственными телами. Так что двойного удара с севера и юга нам опасаться не приходится. Не того полёта орлы сейчас в Хараде, да и истерлинги давно уже не те, что в годы Войны за Кольцо.

Фолко ничего не оставалось, как молча проглотить обиду. Проклятые гондорские спесь и самоуверенность! И это Этчелион, самый толковый и рассудительный из приближенных короля! Что же тогда скажет сам повелитель, отрешившийся от земного, по словам Атлиса?

Молодые же дворяне, переглянувшись, как по команде набросились на друзей с вопросами, подвергая сомнению каждый пункт их рассказа. К удивлению хоббита, особое возмущение вызвал у них Великий Орлангур.

– Сказки! – кричали они. – Как может из ничего зародиться нечто? Откуда у него такие сведения? Где гарантии, что он сам – не коварный слуга Тьмы?

Здесь уже возмутились эльфы. Тон беседы стал опасно повышаться, но тут герцог поднял руку, останавливая спорящих.

– Я думаю, что вам, бесспорно, нужно предстать перед его величеством, – сказал Этчелион и дипломатично прибавил: – Все в его руках. Если я получу его приказ – ратники начнут собираться в тот же день.

Кивком головы герцог отпустил незадачливых послов.

Один из его приближённых отправился вместе с ними – распорядиться об отдыхе и обеде для гостей.

У выхода маялся Атлис, отпустивший назад своих разведчиков, но сам задержавшийся узнать результаты посольства. Он кинул лишь беглый взгляд на лица путников и досадливо дёрнул плечом.

Когда они устроились в отведённых им покоях дворца и двери закрылись за слугами, Атлис кинулся к ним с расспросами.

– Он не поверил мне, – сквозь зубы сказал хоббит. – О, Манве Сулимо, зачем ты лишил меня дара красноречия!

– Ты был красноречив, как десять Саруманов, – буркнул Торин, – да только всё это зря. Они не верят, потому что не хотят верить!

– Погодите судить герцога, – вступился за Этчелиона Атлис. – Его подлинных мыслей не знает и его собственная подушка. Дождитесь приёма у короля!

– Сколько времени нам придётся ждать? – огрызнулся Малыш. – День? Месяц? Год?

Атлис промолчал.

– Но это ж безумие – отмахиваться от такой угрозы! – ударил себя кулаком по ладони хоббит.

– Я не знаю, что могло бы их убедить, – покачал головой Беарнас. – У нас действительно нет никаких доказательств…

– Подобные вещи доказываются только одним – совокупностью неких признаков, замеченных заранее и укладывающихся в нарисованную этим объяснением картину, – возразил ему Маэлнор. – У нас нет и быть не может ничего подобного. Если гондорские разведчики бездействовали или же если их донесения оседали где-то невесть где…