Читаем Черная акула полностью

– Люда, – повернулся сержант Леша к кассирше, – открой дверь. Мне товарища вывести надо. «Ну вот, уже и товарищ, – подумал Алексей. – Доверчив ты больно, тезка». Люда пожала плечами, то и дело посматривая на неприметного бомжа, открыла висячий замок и отодвинула засов. Алексей шагнул на улицу. Полы пальто развевались, словно драные перепончатые крылья старой больной летучей мыши. Собственно, облик соответствовал внутреннему содержанию. Алексей чувствовал себя совершенно разбитым. Рана болела, спина саднила. Мышцы правого плеча и руки ныли немилосердно, да и физиономия наверняка не казалась краше от длинного ножевого пореза, ухо до сих пор кровоточило. Сержант Леша вышел, остановился на бетонном приступке и закрыл дверь. И слава богу. Теперь они стояли в тени, в то время как площадь была ярко освещена.

– Ну чего? – почему-то шепотом спросил сержант. – Видишь кого-нибудь из них? Алексей внимательно осмотрелся и покачал головой:

– Нет, никого. Он не сомневался, что убийцы уже здесь. Нутро ему подсказывало, что преследователи совсем рядом. Желудок выворачивало от страха. Алексей не врал. Он действительно боялся.

– Вон здание, видишь? – указал сержант Леша. – Вон почта, а за ней торчит желтенькое такое. В темноте здание, на которое указал милиционер, казалось вовсе не желтым, а белым, грязно-белым, но Алексей кивнул, давая понять, что разобрался. Он представил себе, каково сейчас будет выйти на освещенный пятак. Оставалась надежда, что при таком скоплении народа убийцы не отважатся выстрелить. Скорее попытаются схватить его и отволочь куда-нибудь в безлюдное место, чтобы потом спокойненько прикончить. Тут-то, по замыслу, на помощь и должен прийти славный белобрысый сержант. Но, с другой стороны, Алексей ведь не предполагал, что у людей Сулимо есть такое оружие. Они вполне могут выстрелить откуда-нибудь из темноты. А люди увидят просто бомжа, который шлепнется мордой вниз в грязный жидкий снег. «Но, может быть, пронесет», – подумал Алексей и, повернувшись к сержанту, сообщил:

– Я пошел.

– Ага, давай, – согласно кивнул тот. На губах сержанта появилась неуверенная улыбка. – Давай, а я постою послежу. Алексей вздохнул. Страшно сделать первый шаг, уводящий от уютного тепла и сержантской опеки. Он не считал себя трусом, и все равно было страшно. Умирать, наверное, всегда страшно, независимо от того, храбрец ты или нет. Все. Алексей резко выдохнул, сделал несколько шагов и оказался на свету. Еще раз огляделся, но убийц не заметил.

Он не мог их заметить, поскольку трое сейчас обшаривали станцию и вокзал, а еще один стоял в вечернем сумраке у щита объявлений Дома культуры. Темное пальто и костюмчик от «индпошива» делали фигуру убийцы практически неразличимой. Этот четвертый внимательно рассматривал людей на площади. Вертолет же только что опустился на окраине городка. Сулимо и пятый убийца как раз выпрыгнули в снег и заторопились, почти побежали в сторону домов.

Алексей прошмыгнул между киосками и постоял несколько секунд, покачиваясь, разглядывая витрины с пестрым фейерверком этикеток и ярких пакетиков со сладостями и вкусностями. Он медленно поворачивал голову, изучая снующий по площади контингент. В какой-то момент в нем зародилось сомнение в том, что широкоплечие близко. Может быть, их и нет вовсе? В смысле, нет здесь, на площади. Возможно, убийцы решили, что он побежал во дворы, и направились следом. Точнее, по ложному следу. Алексей осторожно высунулся из-за киоска. Сержант Леша все еще стоял на крыльце, глядя в его сторону. Он явно потерял Алексея из виду и забеспокоился. Увидев, дернул головой: мол, что случилось? Алексей покачал в ответ головой: ничего. Сунув руки поглубже в карманы, подняв воротник и втянув голову в плечи, он спокойно, не напрягаясь, зашагал через площадь к нужному дому. Размеренно урча, из ворот автобусного парка выкатил дребезжащий автобус и начал совершать круг почета по площади, подбираясь к вокзалу. В тусклом салоне сидящий за гигантской баранкой шофер беззвучно зевнул, прикрыв рот лопатообразной ладонью и, заметив переходящего площадь бомжика, шлепнул по клаксону. Бах! – вспыхнул нестерпимо яркий «дальний» свет. Шофер за стеклом яростно замахал рукой: «Проходи, проходи быстрее. Давай, твою мать!» Сумрак в противоположной стороне площади моментально растаял. Брызги света выхватили ободранную коричневую доску объявлений со сделанной на ней пульверизатором неприличной надписью, голый кустарник и… Алексей невольно остановился.