Читаем Черная акула полностью

– А я сейчас, кажется, слона бы сожрал… «Пятерка» выехала со стоянки и помчалась вперед. На ходу Проскурин открыл бардачок, вытащил атлас и развернул его на нужной странице. Поток машин на шоссе был пока довольно жидким, поэтому фээскашнику некоторое время удавалось удерживать руль одной рукой, поглядывая на испещренную красными венами дорог схему. При этом он нет-нет да и прислушивался к хриплому дыханию Алексея за спиной. Потерять этого парня сейчас было бы очень некстати. Более того, если уж он по доброй воле влез в эту дурнопахнущую историю, то нужно быть уверенным, что есть хотя бы одна козырная карта. Алексей нужен ему по крайней мере на первое время, чтобы обнаружить так называемый аэродром подскока. Ну а дальше видно будет. Перед развилкой Проскурин посмотрел на дорожный указатель. Белыми буквами на голубом фоне было написано: ‹P9M›«МАЙСК 8 КМ»‹P255D›, стрелочка указывала вправо. Фээскашник повернул руль, и «пятерка» влилась в более плотный поток машин, направляющихся к Ростову. Минут через пять показалась окраина поселка, который гордо именовался городом. Проскурин свернул на одну из боковых улочек, проехал до первого двора, притормозил и, высунувшись из окошка, крикнул проходящему мимо мужчине:

– Товарищ, не подскажете, как мне найти аптеку? Мужчина несколько секунд размышлял, а затем махнул рукой в противоположную сторону.

– Это вам надо развернуться и ехать до клуба. У клуба справа пристроечка – магазин, парикмахерская и аптека.

– Спасибо. – Проскурин газанул, «пятерка», оставив на мокром асфальте черный след, развернулась на сто восемьдесят градусов и помчалась в указанном направлении. Клуб оказался кирпичным, вполне современным строением с огромными стеклянными витринами и небольшим фонтанчиком напротив входа. В аптеке по случаю раннего часа посетителей не было. Одинокая аптекарша, женщина средних лет, скучала за прилавком и читала вчерашний «Вечерний Ростов».

– Добрый день, – поздоровался Проскурин, наклоняясь к окошку. Женщина бросила на него быстрый взгляд, кивнула и вновь углубилась в чтение.

– Девушка, – фээскашник вытащил из кармана удостоверение, продемонстрировал женщине и хмыкнул, – мне нужна ваша помощь.

– Да-да, конечно. Газета исчезла словно по мановению волшебной палочки. Чувствовалось, что название некогда самой грозной организации страны возымело свое действие. «Перед властью все трепещут», – усмехнулся Проскурин и поинтересовался:

– У вас, конечно же, есть медицинское образование?

– Незаконченное, – торопливо и четко, будто на параде в строю, ответила женщина.

– Уколы делать умеете?

– Я, в общем-то…

– Я спрашиваю: уколы делать умеете? – повышая голос, резко повторил вопрос Проскурин.

– Да, конечно, мы практиковались в институте.

– Отлично. – Фээскашник выпрямился. – Значит, так, у меня в машине раненый, у него, похоже, воспаление. Нужен укол антибиотика и перевязка. Кроме того, вы дадите мне упаковку одноразовых шприцев и коробку антибиотика с собой.

– Послушайте, я не могу. – Женщина побледнела. – Это такая ответственность. Я не могу, ему надо в больницу. И в милицию сообщить.

– Если вы не поняли, девушка: я представитель оперативного отдела ФСК. Так что сообщать властям о ранении незачем. Я сам власть. В случае чего можете сослаться на меня. А сейчас делайте, что вам говорят, и живо.

– Да, конечно. – Женщина побледнела еще больше и принялась что-то искать в бесчисленных ящичках за спиной. – Послушайте, а может быть, все-таки врача вызвать? – нерешительно спросила она, доставая шприц и несколько ампул. Подавляя всякие попытки к сопротивлению, Проскурин сделал каменное лицо и рявкнул:

– Я вам уже сказал: делайте укол! Это не огнестрельное ранение, можете не волноваться. Растерявшаяся женщина выскочила из-за прилавка и заторопилась к выходу. Проскурин широко и твердо зашагал следом. На улице аптекарша остановилась рядом с машиной.

– Я могу осмотреть рану? – спросила она.

– Валяйте, осматривайте, – вздохнул фээскашник. Открыв обе дверцы, он осторожно потряс Алексея за здоровое плечо. – Ну-ка, Семенов Алексей Николаевич, приди в себя. Сейчас сделаем тебе укольчик, и можешь дальше почивать. Алексей с трудом открыл глаза. Его заметно трясло, белки глаз приобрели желтоватый маслянистый блеск, дышал он тяжело, с хриплыми судорожными выдохами.

– Ему надо в больницу, – неожиданно категорично заявила женщина.

– Мне лучше знать, что надо, а что не надо, – неприязненно ответил Проскурин.

– Вы не понимаете, – покачала головой аптекарша. – Если продержать его без врачебного ухода хотя бы еще один день, он может умереть. Судя по всему, у вашего товарища заражение крови. Нужно делать переливание.