Мужчина не двинулся с места, но как бы в ответ на просьбу Черити рядом с ним встал другой воин. Отряд пришел в движение: за спиной каждого из беглецов уже стояло по два-три человека, остальные толпились рядом.

— Браво! — сердито подытожил Гартман. — Все было гениально, капитан Лейрд. Если у нас и оставался шанс расправиться с этими варварами, то вы его уже упустили.

Черити не ответила. Она растерялась. Вдруг дикарь, к которому она обращалась, поднял руку с растопыренными пальцами и поднес к своей груди.

— Джеред, — сказал он сдавленным голосом. Казалось, что слова застревали у него в горле, как будто он давно разучился говорить.

— Джеред? — повторила Черити. — Это имя?

Мужчина кивнул и показал на запад.

— Идти.

— Мы должны идти с вами? — переспросила Черити.

— Идти, — повторил Джеред.

— Так не пойдет, — осторожно возразила Черити. — Мы не можем вас сопровождать.

Джеред снова показал на запад, теперь уже нетерпеливо, как будто приказывая.

— Идти, — сказал он в третий раз.

— Нужно сделать то, что они требуют, — сказал Скаддер.

— Перестрелять их всех к чертям собачьим! — вспылил Леман. — Пока еще не поздно.

Черити бросила на него сердитый взгляд.

— Замолчите, идиот! — прошипела она. — Разве не видите, они понимают каждое слово?

Леман презрительно рассмеялся.

— А вы разве не видите, с кем мы имеем дело? — огрызнулся он. — Это же звери. Ваш новый друг приглашает вас к себе на ужин. И этим ужином будем мы.

— Кайл, — спокойно произнесла Черити, — как только он снова начнет каркать, врежь ему.

Глаза Лемана гневно сверкнули, но возражать он уже не отваживался, а только с ненавистью смотрел на Черити и Кайла.

Черити снова обратилась к Джереду.

— Мы должны сопровождать вас?

Джеред кивнул и показал на запад.

— Идти, — сказал он и замахал руками. Черити улыбнулась.

— Ты хочешь сказать — быстро?

Джеред кивнул и показал в другую сторону.

— Придут, — сказал он. — Скоро.

Глава 9

Самым удивительным было то, что Стоун не помнил боли. Он помнил ослепительную вспышку и последовавший за ней грохот. В мозгу, словно при замедленном просмотре кинопленки, возникали чудовищные картины: разлеталась вдребезги тяжелая стальная дверь, осколки железа вспарывали защитный костюм. Стоун понимал, что умирает. Но боли и страха не было.

И смерти не было тоже. Было чувство парения. Извлеченный из собственного тела, он несся по темному тоннелю, в конце которого сияло несказанно прекрасное солнце. Но что-то неведомое заставило повернуть назад.

Он не знал, как снова оказался на борту глайдера. Следующее воспоминание: неподвижные челюсти склонившегося над постелью Люцифера и тонкие длинные иглы, пронзающие тело. Потом — глубокое беспамятство с мучительными галлюцинациями и беспорядочным бредом.

Стоун почувствовал, что в комнате он не один. Возле кровати стоял высокий муравей и четырьмя конечностями пытался отрегулировать какой-то сложный аппарат, установленный рядом. К телу Стоуна тянулось множество тонких проводков и трубочек.

Заметив, что командир очнулся, Люцифер повернулся в его сторону. Стоуну на какой-то миг показалось, что в огромных, размером с кулак, фасеточных глазах насекомого мелькнуло злорадство.

— Что случилось? — спросил Стоун и испугался звука собственного голоса. То, что он услышал, поражало больше, чем все остальное.

— Постарайтесь не двигаться, — посоветовал Люцифер. — И молчите. Вы тяжело ранены.

— Знаю, — пробормотал Стоун. — Но что же произошло? Что…

— Мы наткнулись на засаду, — объяснил Люцифер.

— На засаду? — со стоном повторил Стоун. — Идиоты! Для чего вам вся эта дурацкая чудо-аппаратура? Не можете выследить бомбу с дистанционным управлением?

— Можем, — невозмутимо возразил Люцифер. — Это взрывное устройство управлялось не на расстоянии. Они оставили там своего человека, который взорвал его вручную.

Стоун снова застонал и закрыл глаза. Он не мог понять, что же его больше расстроило: гнев из-за всего случившегося или жуткая досада из-за того, что один из этих дураков подорвал сам себя лишь для того, чтобы с ним взлетела на воздух пара муравьев.

— Насколько плохо… дело? — с трудом проговорил он.

— Очень плохо, — ответил Люцифер своим холодным бездушным голосом. — Ваше тело получило невосстановимые повреждения.

Прошло несколько секунд, пока до Стоуна дошло, что имел в виду его адъютант. Он испуганно раскрыл глаза и уставился на великана-муравья.

— Невосстановимые?

— Нет причин для беспокойства, — успокоил его Люцифер. — Мы уже летим в Нью-Йорк. Оснащение на борту корабля позволяет поддерживать жизненные функции вашего организма до прибытия на место.

— Это значит, что я… стал калекой? — ужаснулся Стоун.

— Нет, повреждения устранить нельзя. Вы получите новое тело, — ответил Люцифер своим невыразительным механическим голосом.

Прошло еще несколько мгновений, пока Стоун осознал то, что услышал, и с невыразимым ужасом и недоверием вперил взгляд в муравья.

— Новое тело…