— Я с тобой, любимый.

Окружённый её теплом, я уснул.

*** *** ***

Всю ночь меня мучили кошмары. Когда я просыпался, дрожа и крича, рядом всегда была Кортни. Её тихий голос шептал мне на ухо слова любви, а нежные ласки убаюкивали обратно в сон.

Проснулся я еще чуть свет.

— Привет, — погладив мою щёку, прошептала Кортни, с беспокойством глядя на меня.

Я крепче прижал ее к себе, наклонился и поцеловал, пытаясь излить в теплоту её рта все эмоции и чувства, которые не мог выразить словами. Спусти какое-то время, неохотно прервав поцелуй, я уткнулся лицом в изгиб её шеи и выдохнул:

— Прости. Нужно было сразу тебе все рассказать.

Её тихий вздох слегка взъерошил мои волосы.

— Да, но я понимаю, почему ты это не делал.

— Нам о стольких вещах нужно поговорить. Мне так много нужно ещё тебе рассказать.

— У нас впереди целый день и если этого не хватит, выходные. Я выслушаю тебя.

Я отстранился и заглянул ей в лицо.

— Ты ведь простила меня? — горло перехватило при мысли, что Кортни передумала.

— Да. — Она снова притянула мою голову к своей груди.

Я расслабился в её объятиях, а потом взглянул на часы и, увидев, который час, выругался.

— Дерьмо. Я проспал.

Кортни улыбнулась.

— Я написала Шеннон, что ты заболел, и сегодня не придёшь на работу.

— Ты написала Шеннон?

Она махнула передо мной айфоном.

— Я разобралась во всем сама. Шеннон сказала тебе выздоравливать поскорее. Я заверила её, что позабочусь о тебе, — затем она нахмурилась. — А вот Энни сказала, что твоя магия работает, так как никогда раньше я не брала больничный. Не совсем понимаю, что это значит.

Я поцеловал её.

— Видишь, сколького ты уже достигла? Сама разбираешься в айфоне, — усмехнулся я. — Что касается твоей подруги — она просто пошутила.

— Энни хорошая подруга.

— Точно. — Я вздохнул, успокаиваясь, и продолжил: — Нам надо встать и поговорить.

Кортни слезла с кровати и протянула мне руку:

— Давай поговорим.

*** *** ***

Мы всё утро провели за разговорами. Кортни расспрашивала меня о моей семье, и моем времени за решеткой. Рассказывая о своей семье, о счастливых временах, я получал эмоциональное освобождение, но о пребывании в тюрьме я был не так откровенен. Кортни с интересом слушала о том, как я, будучи в тюрьме, закончил школу, а потом компьютерные курсы, и о том, как после освобождения продолжил образование и получил степень в области информатики; и как Грант помог мне получить работу.

Кортни осторожно направила разговор, внимательно слушая все мои истории. Она смеялась вместе со мной над некоторыми нашими выходками Софи и Тревором, и обнимала, когда эмоции становились слишком сильными, чтобы я мог их сдерживать.

— И ты не пытался больше связаться с родными?

Я с грустью покачал головой.

— Нет.

В глазах Кортни я видел печаль.

— И ты смирился?

Я бросил на неё удивлённый взгляд.

— Не знаю, — я глубоко втянул в себя воздух. — Я…. просто плыл по течению. Ходил на работу, иногда с несколькими парнями наблюдал какую-нибудь игру, работал над проектами для нескольких клиентов, но я не… жил. Я просто… — мой голос затих.

— Существовал.

— Да. И я даже не осознавал этого, пока в моей жизни не появилась ты, — я крепко сжал её руки. — Ты всё изменила. Без тебя я просто не справлюсь, — я с трудом сглотнул. — И не уверен, хочу ли я делать это без тебя.

— Тебе это и не нужно.

Я изучал её открытое, любящее выражение лица.

— Я люблю тебя, Кортни. Ты для меня — все.

— Я тоже тебя люблю.

— Мое прошлое, то, что я сидел в тюрьме… Когда люди узнают об этом… порой, это сильно усложняет жизнь.

— Мне все равно. Последние несколько лет ты жил совсем один, никем не любимый и знаешь, насколько это больно, — её глаза наполнились слезами. — Прежде я никогда не была любимой… ни кем. Я никуда тебя не отпущу. Никогда.

Глаза защипало от непролитых слёз.

— Ты останешься со мной? Что бы ни случилось?

— Что бы ни случилось.

Я прижал её к своей груди и, наконец, с облегчением, вздохнул.

Я принадлежал ей.

Она принадлежала мне.

Навсегда.

*** *** ***

— Ты можешь путешествовать? — спросила Кортни, когда мы лежали на диване и болтали.

— Я могу получить загранпаспорт, но это не значит, что мне дадут визу в другую страну.

— А ты хочешь куда-нибудь поехать?

— С тобой, да.

— А жениться ты можешь?

— Это риторический вопрос или ты делаешь мне предложение?

Смущённая моим поддразниванием, Кортни покраснела.

— Нет. Прежде чем делать тебе предложение, я бы, по крайней мере, пригласила тебя в ресторан. Мне просто интересно…

— Да. Я могу жениться на тебе.

— Я не об этом спрашивала.

Улыбаясь, я откинулся назад.

— Но, если я спрошу тебя однажды солнечным днем, ты скажешь мне «да»?

— Хм. Если я буду в хорошем настроении или слегка навеселе. И конечно, это будет зависеть от размера бриллианта в кольце, которое ты наденешь на мой палец, — невозмутимо ответила Кортни, а затем начала хихикать.

Я расхохотался.

— Я запомню это. Прежде чем сделать предложение, я заставлю тебя выпить и буду долго смешить, — я ухмыльнулся. — И спрячу твои очки, чтобы ты не смогла увидеть размер бриллианта.

Кортни уставилась на свои колени, но я видел, что она улыбается.

— Хороший план.

Глава 32