Читаем Через забор полностью

Ожидая, когда Кортни откроет их, я с жадностью рассматривал ее лицо, впитывая каждую черточку. Мягкие округлые щёки, россыпь веснушек на переносице, тёмно-розовые пухлые губы, которые просто умоляли о поцелуе. В уголке левого глаза родинка, придающая лицу Кортни неповторимое очарование. Длинные тёмные локоны каскадом опускались на плечи, и мои пальцы нежно перебирали их, пока я просил Кортни взглянуть на меня. Она была так соблазнительна и чувственна, как я себе и представлял, но именно глаза Кортни заставили меня ахнуть вслух. Учитывая ее темные волосы, я ожидал, что их цвет будет карим или голубым, как мои, но вместо этого из-под тёмных ресниц Кортни на меня взглянул один голубой и один зелёный глаз. Они были такими яркими, и от этого еще более уникальными. Я в жизни не видел ничего красивее, и невольный звук восхищения, сорвавшийся с моих губ, потряс и меня самого, и Кортни. Она тут же спрыгнула с моих коленей и убежала. Я слышал, как захлопнулась дверь ее спальни, и с досадой потер лицо руками, понимая, что именно моя реакция так огорчила Кортни.

Я раскаянно покачал головой, думая об этом, убрал щетку, которой собирал осколки, и снова взял коктейль.

Дальше по коридору открылась дверь, и послышались шаги. Кортни чуть помедлила у дверей кухни, а затем медленно вошла. Я вручил ей бокал с коктейлем. Она сделала маленький глоток и поморщилась.

— Слишком крепкий? — тихо спросил я, боясь, что если заговорю громче, то испугаю Кортни.

— Я, э-э, редко пью, — призналась она, глядя на фотографии.

Взяв у нее стакан, я вылил половину в мойку, добавил апельсиновый сок и отдал обратно. Она отпила, не кривясь, пока проводила пальцами по разбитым рамкам фотографий. Теперь, когда Кортни стояла рядом, я понял насколько она невысокая, но мне это даже нравилось. Когда я буду обнимать Кортни, то её голова отлично впишется под мой подбородок. Представив себе это, мне пришлось подавить отчаянно желание привлечь Кортни к себе и почувствовать мягкость её тела.

— Фотографии не пострадали, — заверил я. — Завтра купим новые рамки и я повешу их на стену. Это ты фотографировала, Кортни?

— Да, — прошептала она.

— Очень круто. Ты — талант.

Она молча пожала плечами, продолжал гладить рамку.

— Я заказал пиццу на ужин.

— Я в порядке, Натан. Не нужно со мной нянчиться.

— Вот и хорошо. Потому что я здесь не для этого.

Кортни посмотрела на меня своими прекрасными глазами, но тут же отвела взгляд.

«Так не пойдет!».

Я хотел, чтобы Кортни глядела на меня, поэтому встал перед ней, забрал стакан и поставил на кухонную стойку.

— Эй, посмотри на меня, — я чуть присел, побуждая Кортни исполнить мою просьбу, и нежно взял за руку.

Покорные, печальные, необыкновенные глаза медленно встретились с моими. Вздохнув, я сжал руку Кортни, и произнес то, что давно хотел:

— Привет, мисс Шеф-повар. Приятно наконец-то встретиться с тобой.

Кортни моргнула.

— Привет, Натан.

В потрясающих глазах Корини клубились смятение, тревога и в самой глубине печаль.

— Кортни, — вздохнул я. Медленно, чтобы не напугать, я поднял руку и погладил её теплую щёку, нежно лаская пальцем нижнее веко. — Прости.

Она обречённо пожала плечами.

— Да ладно, я знаю, что это аномально. Люди всегда реагируют. Мне это не нравится, но я привыкла, — чуть тише добавила она.

Я покачал головой, и слегка сжала её щеку.

— Ты не поняла.

Кортни растерянно нахмурилась.

Я смотрел на неё, пытаясь удержать взгляд.

— Твои глаза не аномальные, — я глубоко втянул в себя воздух, — они самые потрясающие глаза, что я видел в жизни. Я не был готов к такой невероятно красоте. Я буквально забыл, как дышать.

Кортни с недоверием смотрела на меня.

— Твои глаза гипнотизируют меня. Я хочу потеряться в них, — я заколебался, но потом рванул вперед. — Я хочу потеряться в тебе.

— Что? — растерянно прошептала она.