Читаем Через три войны полностью

Из окрестных горных сел и аулов к нам стали прибывать проводники, которые прекрасно знали не только дороги и троны, идущие на перевалы, но и природные особенности Кавказских гор.

Бои перемещались все выше и выше в горы и становились все более ожесточенными. Штурмом было взято горное селение Псху, освобождены перевалы Санчаро и Клухор.

Чем выше взбирались наши бойцы, тем труднее становилось доставлять им патроны и продукты питания. Киркой и аммоналом пробивали себе дорогу вьючные караваны. Двенадцать дней и ночей шли они от южного приморского города до места назначения.

В сентябре я снова выехал в штаб 46-й армии. Вместе с генералом Леселидзе мы старались изыскать пути подвоза питания и боеприпасов отрядам, действовавшим на перевалах. С нами были два летчика, пилотировавшие У-2.

- Позвольте мне, - попросил пилот Примов, - попробовать найти посадочную площадку в горах. Тогда можно будет самолетами доставлять отрядам боеприпасы и продовольствие.

Я разрешил. И вот в сторону перевалов улетели в разведку летчики Примов и Мариненко. Первая попытка ни к чему не привела, вторая тоже. Только на третий раз Марипенко сумел перетянуть свой самолет через острозубую, увенчанную ледником гору и найти за ней посадочные площадки.

Несколько дней Примов и Мариненко были как бы проводниками, показывали остальным пилотам открытые ими аэродромы. Потом все привыкли. Начальник штаба армии составил расписание полетов, на посадочные площадки назначили комендантов. И вот днем и ночью стали летать У-2, доставляя отрядам продукты, боеприпасы, консервированную кровь, а обратным рейсом эвакуируя раненых...

На перевалы для руководства боевыми действиями выехал член Военного совета фронта А. Саджая.

Жестокие бои шли на высоте трех с лишним тысяч метров девять суток кряду.

Гитлеровцы занимали район вблизи Эльбруса. Местность эта очень суровая. Шпилеобразная, крутая громада хребта вся в снегу. Слева примыкает ледник. Взобравшись сюда, немцы перерезали единственную тропу к перевалу "Приют одиннадцати" и непрестанно угрожали нам фланговым ударом. Все наши действия были видны противнику как на ладони. К тому же он хорошо укрепился: через каждые 25-30 метров стояли автоматчики, через каждые 100-150 метров станковые пулеметы, расположенные ярусами, один над другим, связанные между собой рацией.

К этим узлам сопротивления на высокогорных перевалах подойти было очень трудно. Двигаться приходилось в один след, пробитый вожаком. Оступишься, чуть подашься вправо или влево - шагнешь в пустоту. Но это не останавливало советских воинов. Мы продолжали наступать...

Однажды пятнадцать солдат-альпинистов получили задание перерезать горную тропу и не дать гитлеровцам уйти. Для этого нужно было преодолеть почти отвесные скалы. Бойцы медленно продвигались вперед. Передние вбивали в скалу клинья, цепляясь металлическими кошками, остальные подтягивались на веревках. Когда до противника осталось не более ста метров, в ход пошли два основных вида оружия ближнего горного боя - гранаты и камни. Быстро падает брошенный сверху камень, увлекая за собой второй, третий... А секунду-другую спустя с неимоверной скоростью несется вниз уже целая лавина, грохоча и сметая все на своем пути.

В этом бою особенно отличился красноармеец Пузанов. В рукопашной схватке он убил двух фашистов. Снял с одного шинель и шапку, надел на себя, залег за камень и стал звать гитлеровцев. Два немца подошли - Пузанов убил их. Позвал еще. Приблизились два солдата и офицер - разделался и с ними.

Отважно дрался и курсант Нечипуренко. Он спрыгнул сверху на немецкий станковый пулемет, заколол двух гитлеровцев, а из пулемета открыл огонь по фашистам.

Сибиряку Орлову довелось действовать одному против восемнадцати гитлеровцев. После четвертого ранения обессиленный Орлов упал на снег. К нему подбежал фашист, приставил к груди пистолет и жестами стал спрашивать, нет ли на тропе русских. Сибиряк попросил немца нагнуться. Когда тот нагнулся, Орлов вцепился ему в горло и задушил.

...После полуночи оставшиеся в живых гитлеровцы бросились на тропу, ведущую назад к перевалу. Но там их давно уже поджидали альпинисты лейтенанта Чичурина. Немцы дрались с отчаянием обреченных. Им удалось столкнуть в расщелину ледника сержанта Каширина, красноармейца Цемалаидзе и несколько других бойцов, но наши воины все-таки выиграли бой.

Проиграв бой, фашисты откатились далеко назад, оставив открытыми ворота перевала.

Член Военного совета фронта А. Саджая с восхищением рассказывал мне о подвигах наших бойцов и командиров.