Читаем Чемпион флота полностью

Громова узнаешь по почерку, по манере держаться на ринге и вести бой, сразу отличишь его от тысячи однообразных и стандартных так называемых классиков. Его яркая индивидуальность, свойственная любому истинному таланту, неповторима.

Он подвижен, как ртуть, его обманные приемы, финты корпусом не дают сопернику возможности прицелиться, начать атаку, поскольку никто не знает, когда и какой встречный удар нанесет Громов.

Новый чемпион несомненно большой мастер контратак и виртуозен в защите. Он агрессивен в своем напоре, можно даже сказать, не переоценивая, что Громов в совершенстве владеет всем арсеналом боксерских атак. Тонкая паутина его тактических приемов, быстрота мышления в бою и редкая способность математически точно чувствовать дистанцию, когда противник рядом, а достать не может, восхищают, а в следующее мгновение перчатка чемпиона уже достигает цели.

Отличная физическая подготовка, атлетизм и скоростная выносливость в своей совокупности дают то, что и определяет неповторимое мастерство Громова — и скорость, и резкость, и точность.

Молодой чемпион, боксер-загадка начинает привыкать к победам, утверждаться на большом ринге страны, ему открыт путь к высоким спортивным достижениям».

Алексей грустно улыбнулся над последними словами. Война все скомкала, перечеркнула…

— Как думаешь, Леша, кто из этих двух прав? — спросил Николай.

— Оба, — не задумываясь, ответил Громов. — Сам знаешь, бои разные бывают и по-разному складываются. Одни проводишь легко, на одном дыхании, а другие тянутся, как резина, да и противник оказывается трудным, вязким, тягучим, сковывает, не дает возможности развернуться… Как с тобой в финальной встрече. Напряженный был поединок! Знаешь, Николай, я до самого конца третьего раунда не был уверен в своей победе.

— Точно?

— Точно, — утвердительно кивнул Громов.

— А я, если честно, после второго раунда начал понимать, что мои козыри не проходят. И никак не мог сообразить, почему? Вроде все так и в то же время не так, как хотелось. Ты меня пару раз основательно достал. Да и дыхалка начала подводить, выложился основательно, был как выжатый лимон, и последние минуты держался на одной спортивной злости.

— У меня такой трудный был бой в Москве, в полуфинале, с чемпионом Северного флота, — признался Алексей. — Сам не знаю, как дотянул, как выстоял. Буквально зубами вырвал победу.

Громов с интересом перелистывал альбом, на каждой странице которого были вклеены вырезки из местных и центральных газет. Его внимание привлекли стихи.

— Я наизусть выучил, — негромко сказал следящий за ним Балкин и выразительно, с чувством продекламировал:

— Хорошие стихи и правильные, — сказал Алексей и спросил: — А кто их написал?