Читаем Человек теней полностью

Найквист не знал, солгал ли он или сказал правду. Оба варианта могли быть правильными.

Гарднер разочарованно покачал головой.

– Трогать нож было…

– Я знаю. Я не подумал.

– Найквист, это ведь правило номер один – не загрязнять место преступления.

Двое мужчин смотрели друг на друга, и ни один не желал уступить противнику.

Гарднер вздохнул и бросил на стол латунный ключ.

– Это вам о чем-нибудь говорит?

Похоже, это был ключ от гостиничного номера, с изображением пятиконечной звезды и номером 225 на брелке.

– Мы нашли его у тела Кинкейда.

Найквист сказал правду: он никогда его не видел.

– По поводу другого человека, которого вы будто бы видели… – сверился с записями инспектор. – Прежде чем войти в дом. Это была размытая фигура в сером?

– Я видел ее лишь мельком. Возможно, я ошибся. Она стояла возле дома, прямо в сумерках.

– Мужчина или женщина?

– Не знаю. Было…

– Было очень туманно. Конечно, я понял. – Гарднер грохнул по столу папкой. – О Господи, распятый на красно-золотом неоновом кресте, – жизнью его заклинаю вас дать мне один уверенный ответ.

– Я не думаю, что есть один…

– Что один?

– Один ответ. Время было очень запутано.

Гарднер задумался.

– Время… да. Конечно. Великое и непостижимое.

Найквисту ужасно захотелось пить. В горле пересохло. Воспоминание о той странной комнате вновь омрачило его разум. Должно быть, туман все еще был с ним. Все еще клубился внутри его черепа. Он должен был сосредоточиться.

– Что теперь будет с Элеанор Бэйл? – спросил он.

– Не волнуйтесь. У нас все под контролем.

– В самом деле?

Найквист начал понимать, к чему приведет этот допрос: по сути, Гарднер хотел убедиться, что с Элеанор Бэйл сняты все подозрения. Полиция находилась под давлением, и было вполне понятно, откуда оно исходит.

Инспектор сложил свои заметки по делу.

– Я думаю, это безопасный звонок, – сказал он. – Этот Кинкейд – бродяга, асоциальная личность. Он заканчивает жизнь на границе Сумрачного района. Ему стало очень тяжело, и он свел счеты с жизнью. И…

– Вот и все. Дело закрыто.

– Что я могу сказать, такое уж это место, верно?

Найквист закрыл глаза. В его голове крутилась всего одна мысль, он едва мог на ней сосредоточиться. Но она назойливо преследовала его. Он должен был от нее избавиться.

– Гарднер?

– В чем дело?

Он попытался говорить как можно более четко.

– То, что случилось в комнате со мной, с девушкой, с ножом, с мужчиной на кровати. Его убили незаметно. Невидимка…

– Довольно. Не будем углубляться.

– Это был Ртуть.

Гарднер откинулся на спинку стула. Прошла минута. Казалось, что в комнату вошел третий человек – призрак.

– Послушайте, это не…

– Ртуть. Еще одна жертва! Что еще это может быть? Скажите мне.

– Иисус, Аполлон и все святые дневного света!

– Все произошло так, как в рассказах свидетелей в газетах и по радио. Невидимый убийца…

– Это чушь, и вы это знаете.

– Временное затмение, чувство, когда ничего не понимаешь и не видишь, путаница… – Найквист почувствовал, что теряет контроль над собой, но уже не мог остановиться. – Это то же самое, черт возьми!

Гарднер тоже повысил голос:

– Ртути не существует.

– Полицейские, что с вами, черт возьми? Вы боитесь? Боитесь того, что люди будут паниковать? – Найквист наклонился вперед. – Ну что ж, они уже паникуют.

На мгновение ему показалось, что Гарднер взорвется от ярости. Но вместо этого он с большим трудом взял себя в руки.

– Я не хочу, чтобы вы говорили еще кому-нибудь о своих соображениях, вы меня поняли?

Найквист кивнул.

– Конечно. Я понял.

– Кинкейд заколол себя. Точка. – Гарднер пожал плечами. – Сумерки сводят людей с ума. Там собираются все безумцы. Полагаю, вы знаете об этом. Ваш старый отец, и все такое.

Инспектор вперил в него тяжелый взгляд.

Найквист хотел ответить четко и лаконично. Его отец никогда не был таким, он не был сумасшедшим. Его отец был ученым, исследователем…

Но произнес совсем другое:

– Во всяком случае, семья девушки будет счастлива.

– А теперь…

– Все нормально, Гарднер. У каждого из нас своя работа.

Инспектор бесстрастно посмотрел на него. Найквист почувствовал, что наступил на больную мозоль: у Патрика Бэйла было достаточно власти, чтобы оказывать влияние на полицию и суды. Дело будет завершено с максимальной быстротой, и информация почти не просочится в прессу.

Гарднер наконец улыбнулся.

– Занимайтесь неверными мужьями или женами, Найквист. Это дело закрыто.

– Хорошо, так и поступлю.

– Не наживайте себе врагов.