Читаем Человек без башни полностью

– Соленая, Громила, она соленая! – восторженной вопил он, толкая в бок Громилу, который никак не реагировал на возгласы Чебурека.

– Я такие видел, в Есентуках и на Камчатке, – произнес он так, как будто горячие минеральные источники для него явление самое обычное и привычное, будто всю жизнь провел рядом с ними и они успели порядком надоесть.

Однако безразличие Громилы не охладило восторженность Чебурека, он кроме Ферска и своей родной деревеньки нигде не бывал, про Есентуки только на бутылочных этикетках читал, а где эти самые Куриллы даже не слышала.

– Мальвишечка, Мальвинчик, Мальвиночек, – заискивающим тоном обратился он к девушке. – Давай здесь привал устроим. Это, наверное полезно, жуть. Тут и помыться можно. А то мы скоро завшивим, чесаться начнем…

Мальвина сама давно мечтала о горячей ванне, и хотя при ее бритой голове, вшивость ей не грозила, она дала «добро» на привал.

Бенедиктову, в принципе, было все равно – горячая или холодная вода. Вот уже пару лет он занимался моржеванием. В городе Ферске с некоторых пор, а именно с воцарением на губернаторском престоле нового губернатора любителя этого мокрого и холодного дела, моржевание стало очень модным и престижным занятием. Сперва, конечно, ферские чиновники кочевряжились, доставали медицинские справки, придумывали всевозможные уловки, чтобы от этого дела устраниться, но потом вошли во вкус. Губернатор, в период моржевания, становился приветлив и мил, в проруби иному смельчаку дозвалял то, чего не выпросишь и за год сидения в губернаторской приемной. Бенедиктов одним из первых просек эту особенность губернаторского организма и пользовался его особым благоволением.

Однако привал, сам по себе, вещь хорошая во всех отношениях, организму полезная. Бенедиктов отошел к кустам, разделся, натянул плавки, купленные за бешенные бабки в модном бутике (консультант утверждал и клялся, что они специального покроя: объемно-утягивающего. Где надо зрительно добавят, где ненужно – убавят. Правда сам Бенедиктов, этого эффект не замечал, но возможно, со стороны тот наблюдался) и стараясь как можно сильнее втянуть живот, походкой качка, прошествовал мимо Мальвины с сотоварищами к одному из фонтанчиков. В очередной раз, Аскольд, пытался показать свое гипермужское начало, но вероятнее всего, безуспешно.

В истории, случившейся с Бенедиктовым на острове, было несколько неприятных моментов, больно ударяющих по его самолюбию. Один из них – Мальвина. Бенедиктов просто физически не мог находиться рядом с любой мало-мальски симпатичной молодой женщиной, не видящей в нем мужское начало. Он всегда делал все возможное, чтобы сломить сопротивление, обаять, завлечь, увлечь, соблазнить, а дальше как получиться.

Мальвина же была крошкой на простыне, гвоздем в ботинке, водой непрерывно льющейся из неисправного бачка унитаза, больным зубом, кошмаром в ночи, похмельем на утро после Нового года. Эта лысая дрянь, это ку-клус-клановец в юбке (вернее в шортах), эта чертова амазонка, не признавала в Бенедиктове самца.

Что он только не делал, девушка не реагировал на его импульсы. Вначале он попорбовал тривиальный джентельменский набор: романтика, цветочки, стишки. Никакого результата. Затем он попытался взять крепость натиском, но получил ощутимый удар и не только по самолюбию. Тогда он решил попробовать длительную осаду, но и эта тактика не принесла победы. Аскольд решил плюнуть на эту пигалицу, хотя производил кое-какие манипуляции скорее автоматически, по привычке.

Группа «товарищей» плескалась в тех фонтанчиках тех, в которых позволяла температура воды. Мальвина выбрала самый отдаленный и наслаждалась изобилием горячей воды в полном уединении. Ощущения были немного непривычными, казалось, что она плещется в огромной бутылки минералки с выпущенными газами. «Да, – вдруг подумалось ей, – хорошо бы вернуться на этот остров и отдохнуть здесь без этих придурков. Тут можно было бы устроить неплохой курортик, были бы денежки.»

Как ни странно, почти такая же мысль пришла на ум остальным купающимся. Чебуреку – хорошо бы здесь открыть санаторий для бабки Лукерьи и других деревенских старух. Можно приглашать и пожилых миллионеров, за большие деньги, разумееться. Громиле пригрезился маленький заводик минеральной воды, с поставками по всему миру. А Бенедиктову, конечно же пригрезились женщины. Он тут обязательно устроил что-то вроде Клиники Красоты, где отдыхали и хорошели бы знаменитые красотки со всего света…

* * *

Оставим ненадолго всех тех, кто волею судеб оказался на острове и перенесемся в город Ферск, где два человека ждут вестей отсюда.

Черепушка повезло больше, каждые 12 часов он получал информацию от Мальвины. Другое дело, что информация эта была неутешительной. Лох с бриллиантами все еще не найден. Это было самы мерзким. Дело в том, что Черепнин уже нашел покупателей на камешки, покупатели были из очень солидной организации в которой шутить не любят. Шутников они как правило закатывали в цемент и сбрасывали в близлежащие полноводные речки.