Читаем Человек полностью

– Вы! Придурки! Разве этого было недостаточно? Что будет теперь? Рано или поздно дикари заметят, что на стенах никого нет. Они уничтожат все, что мы сохранили! Ты уничтожил город, забрал его у нас, а я всего лишь должен был наказать твою дочку за проступок! Ты забрал у меня город, я заберу у тебя дочь.

Император поднял пистолет и направил его в голову девочки. Через секунду он нажал на курок. Раздался выстрел и девочка рухнула на землю. Император повернулся в ее сторону и увидел, как песок под ней окрашивается в алый. Он вдруг понял, что натворил. Он упал на колени, схватившись за голову и с ужасом в глазах протянул:

– Я не… не хотел…

Павел с истошным криком «Нет!» вскочил с места и побежал на Императора. Остальные, скинув цепи, сделали тоже самое. Трое охранников, что были на стороне правителя и стояли позади него, быстро подняли пистолеты и пустили по пуле в наступавших. Каждая из них достигла своей цели. Павел почувствовал, как в его груди образовалась дырка, но она не могла остановить его. Выдержав равновесие, он побежал дальше. Те двое, что решили пойти против Императора, тоже достали свое оружие и успели выстрелить в двух других, что были против них. Но третий охранник, заметив это, направил оружие на одного из них. Но, не успев нажать на курок, он получил пулю в плечо. Однако, не упав, он выстрелил в ответ, убив одного из противников. Но вторую пулю он выпустить не смог, и замертво упал, после того, как выстрел другого пришелся точно ему между глаз. Подумав, что все кончено, победитель этой перестрелки довольно улыбнулся, однако, через мгновенье, в его грудь, а затем и в шею, пришлось несколько пуль. Перед тем, как упасть, он посмотрел в сторону своего убийцы и увидел страшный взгляд Императора. Разделавшись с одним, Император развернулся и увидел в метре перед собой Артура и успел выстрелить в него. Когда тот упал, то перед Императором неожиданно возникла фигура Павла. Император перевел пистолет на него и выстрелил, но промахнулся. Павел навалился на него всем телом и выбил из рук Императора пистолет. Он схватил его за шею и, пару раз сильно ударив по лицу, начал душить. Его руки сжимались все сильнее и сильнее. Ранения значительно ослабили его, но все, что в нем осталось, он вложил в свое предсмертное желание. Он ощущал, как слабнет Император, как он пытается глотнуть воздуха, как дергается его кадык, и продолжал давить. Еще чуть сильнее. Но вдруг он услышал выстрел и почувствовал, как потеряла силу его рука. Пуля пришлась ему чуть выше локтя и Павел быстро ослабил охватку. Император воспользовался этим и свалил его с себя. Он посмотрел назад и увидел, как один из охранников, лежа на песке, разжимает в своей руке оружие. Его палец так и остался лежать на курке, когда он испустил дух. Император с облегчением повернулся на спину и остался так лежать. Теперь он понимал, что ему больше ничего не угрожает.

Он пролежал так пару минут, в полной тишине, чувствуя, как ветер огибал песчинками его тело. Он не хотел вставать. Он больше ничего не хотел. Смотря на небо, он вдруг услышал:

– Артур… Лавров… вы… вы…

Это был голос Павла. Он пытался услышать кого-нибудь. Искал что-то живое на этой залитой кровью земле.

– Павел? – он услышал голос Артура и на секунду улыбнулся. Возможно, потому что был рад, что умирает не в одиночестве.

– Артур… ты как?

– Можешь делать ставки, сколько минут мне еще осталось.

– Ох, держу пари, я умру быстрее. – чувствуя кровь на губах, сказал Павел.

– Неет, ты живучий, ты еще протянешь. – он взял паузу и продолжил, медленно, словно собирая все силы для каждого слова. – Умирать тяжело. Тяжело жить эти минуты, зная, что ты вот-вот покинешь этот мир. Знаешь, у каждого свой ад. Я боялся, что моим будет тот, в котором я буду без конца умирать. Умер, очнулся, умер еще раз, очнулся, а потом еще раз.

– С другой стороны, нас там ждут. Я уверен, там будет лучше, чем здесь.

– Эй, Павел, посмотри на небо.

– Что там? Солнце. Я устал от него.

– Это не просто солнце. Это восход. Павел, скажи мне, сколько восходов и закатов видел ты?

– Я…я не помню… я никогда не считал…

– Может, потому, что считать было нечего?

– Может.

– Когда я пошел с тобой, я думал, что сдохну где-нибудь в лесу. А теперь… смотри как все обернулось… на арене Колизея… под восходящим солнцем. У нас было много запретов в этой жизни, друг. Но умереть красиво нам никто не запрещал. – Артур закашлялся. – Черт, вот оно… пришло. Эй, Паша! Передавай Лорел привет. Паша… Всегда смеялся, когда она тебя так называла. Так мило! Павел… звучит по-баронски. А это… так мило!

– Артур!

– Встре-тимся…кх, кх… там…