Читаем Чехов – прав? полностью

По всему выходило, что Света и сама не знала ответа на поставленный в теме сочинения вопрос, но как она рассуждала! Как здорово и увлекательно было следить за её мыслями, словно она говорила лично с ним через это неказистое на вид сочинение.

Он был ошеломлён. Не только тем, что по сравнению с прочими сочинениями Ерохина написала шедевр, но и тому, как за столь кривыми невзрачными буквами мог прятаться такой глубокий смысл.

Несмотря на противоречивость, каждая мысль девушки была логичной и доступно изложенной.

"Путь к свободе у каждого свой, и невозможно поистине оценить, насколько важна и значима она, если путь этот был лёгким или его вовсе не было. То, что достаётся без усилий, не ценится человеком, не ощущается, как что-то значимое и важное. "

" Важен итог. В любом деле важен именно итог, потому что путь – это начало. Говорят, что дорогу осилит идущий, но не каждый доходит до конца. Цели меняются, приоритеты пересматриваются, и потому важен только итог, и путь к свободе – ничто по сравнению с самой свободой."

Миша сидел, поигрывая шариковой ручкой в руке и не зная, что делать. Он не мог ни снизить оценку, ни промолчать, поскольку сочинение этой неведомой ему девчонки нашло живой отклик в его душе.

Он нерешительно коснулся листка с сочинением и склонился над ним, чтобы поставить оценку.

Безупречная работа. Нелогичная, но всё же безупречная.

Прежде он ставил лишь палочки на полях, правил ошибки и рисовал в итоге две цифры через дробную черту. Но сейчас этого казалось недостаточно.

Он хотел бы написать, как ему понравилось, но вовремя напомнил себе, что это, как бы, пишет не он, а его мама. Надо изъясниться сдержанно.

И он написал:

"Прочитай ещё раз. Ты противоречишь сама себе. Но так и бывает в жизни. 5/5"

***

Вечером он позвонил подруге, с которой учился и спросил у неё, поскольку ему очень хотелось понять, Света действительно столь удивительно рассудительна и мудра, или просто её сверстники-одноклассники отчего-то глупы. Ведь бывает, что жизнь помогает человеку взрослеть раньше времени, и потом этот человек осознаёт больше, чем те, кто рядом, хоть они и одного возраста.

Ксюша, чей номер набрал Миша, была отличным другом: прикольным, временами вредным, но верным и честным. С ней было интересно, можно было говорить обо всём на свете и обсуждать всё, что приходит в голову. Но как-то философских тем Миша с ней особенно не касался. Не потому, что избегал, а просто не было случая.

И вот случай появился.

– Ксюш, привет! – бодро поприветствовал он, на что получил в ответ невнятое сонное:

– А, это ты… Сова, тоже мне! Сплю я уже…

Она немного поворчала, а Миша подождал, потому что знал – сейчас она окончательно проснётся и ответит на любые вопросы.

– Чего хотел-то? – уже вполне спокойно и даже заинтригованно спросила она.

– Вот скажи мне, что важнее, свобода или путь к свободе? – задал он вопрос, на который Света Ерохина дала столь развёрнутый ответ в сочинении.

Ксюша задумалась, и несколько минут в трубке была тишина.

– Ты уснула, что ли? – усомнился Миша.

– Нет. Думаю. Ты ж сложный вопрос задал, – ответила девушка.

Он подождал ещё немного, и услышал ответ:

– Свобода.

Миша подождал ещё, ожидая, что Ксюша дополнит свой ответ какими-то аргументами, но она молчала.

– И всё? – удивился он.

– Нет, – ответила Ксюша. – Ещё дружба, любовь. Это всё тоже важнее.

– Про это я не спрашивал… – попытался объяснить парень, но девушка ответила:

– Тогда всё: свобода.

– Ладно, – вздохнул Миша. – А почему ты так считаешь?

– Да какая разница? – поразилась девушка. – Ты спросил – я ответила. Путь – это путь, а свобода – это свобода. Она – важнее. Разве не ясно?

– Ясно, – усмехнулся парень. – Вот не поговоришь с тобой на вечные темы!

– Это да, – рассмеялась Ксюша. – За то на любые другие можно! Цени это!

– Я ценю, – хмыкнул Миша. – Ладно, спокойной ночи!

– Спокойной! – отозвалась девушка, отключая телефон.

***

С тех пор он думал о ней. О Свете Ерохиной.

Не постоянно, но порой мысли неизменно возвращались к этой вдумчивой девушке. Он в тот вечер прочёл ещё несколько сочинений, и все они показались ему убогими на фоне Ерохиной.

Мысли о ней приходили к нему не каждый день, а порой и даже не раз в неделю, но, когда месяц спустя мама принесла домой стопку сочинений на листочках, парень сразу заинтересовался.

– Опять сочинения? – спросил он.

– Ага, – ответила Ольга Михайловна. – Уж которые в тетрадях, я там проверяю, чтоб не таскать домой, а листочки ладно, не такие и тяжёлые…

Мишаня лукаво посмотрел на маму и сказал:

– Давно блинчиков ты не пекла. Давай, я проверю, что твои хорьки понаписали, а ты напеки, ладно? – он заметил, что в этот раз мама не устала и готова проверять сама, и потому добавил веский аргумент: – Папа обрадуется!

Он и правда любил блинчики, особенно с ванильным сахаром.

Ольга Михайловна немного поколебалась, но согласилась.