— Тёма? — удивлённо восклицает она. — Что ты здесь делаешь?

— Даже и не знаю, что сказать… — пожимаю я плечами. — Мимо вот проходил. А ты?

— Я? — хлопает она глазами. — Я же тут у тёти живу…

— Ну, рад, что у тебя всё хорошо, — зло говорю я и поворачиваюсь, чтобы идти дальше…

25. Герой нашего времени

Меня сейчас просто разорвёт от злости! Нет, мне, конечно всё равно, твоя жизнь и решать тебе. Но ты же умная девочка, не тупица какая-то, типа моих курочек-одноклассниц. Капец! Я решительно шагаю подальше от них, но Катя меня тут же догоняет.

— Тёма, ты чего? — чуть не плача спрашивает она. — Что случилось?

— Артём, привет, — тут как тут появляется улыбающийся Артур. — Ты меня не узнал что ли?

Я резко останавливаюсь и сжимаю кулаки. Твою мать! Не узнал, бл*дь, потому что не хотел узнавать!

— Я тебя предупреждал, сучонок, — наступаю я на него, — чтоб ты вокруг неё не вился? Я говорил тебе?

— Э, старичок, ты чего? — сразу делается он серьёзным.

— Я говорил тебе, что она ещё ребёнок? Что ей ещё восемнадцати нет? Говорил?

— Ты чего гонишь-то, мальчик? — щерится он. — Твоё какое дело? Мы уж сами тут выясним, кому сколько лет. Без сопливых советчиков. У тебя своя девушка есть, чё тебе надо вообще?

— Какая, нахер, девушка, ты, козёл старый! Ты хули скачешь вокруг неё, мудак?

— Э, ты полегче, — закусывает он. — Заткни пасть, придурок ненормальный!

— Я сейчас тебе пасть заткну! — надвигаюсь на него я.

Всего этого от сосунка-малолетки он стерпеть никак не может, да ещё и при Катьке. Стерпеть такое просто немыслимо. И он не терпит, с силой толкая меня в грудь. Да только я готов терпеть ещё меньше, чем он и без раздумий и размышлений, можно сказать, чисто на автомате, моментально с размаха херачу ему в скулу левой сбоку.

Резко, но сильно. Артур отшатывается, а я замахиваюсь снова.

— Артём!!! — восклицает, почти кричит Катя. — Что ты делаешь! Не надо!

В её взгляде я замечаю страх. Я не знаю, боится ли она за своего мудачка Артурку, или пугается моего вида. Сейчас ведь это не я, а старый пропойца док. Не тот, что включает меч, а просравший свою жизнь неудачник. Я не знаю, о чём она думает, но видеть её страх мне неприятно.

Я делаю шаг назад, отступаю и опускаю руку. Она смотрит на меня, как на чудище. Тьфу… Отлично поговорил, всё выяснил… Молодец, чё… Я поворачиваюсь и не говоря ни слова убираюсь прочь.

Празднование проходит отлично, душевно, по-семейному. Но я постоянно возвращаюсь в мыслях к стычке с Катей и Артуром. Не знаю, что меня так бесануло, она, разумеется, достаточно большая и умная девочка, чтобы вопросы своих взаимоотношений с противоположным полом решать самостоятельно. Тем не менее, я продолжаю злиться.

В воскресенье вечером мы вылетаем и в шесть утра уже выходим из самолёта. А в восемь утра я открываю дверь школы.

— Опаздываешь! — встречает меня Наташка Луткова.

— Привет, — подмигиваю я. — Ты тоже?

— Нет, — с загадочным видом говорит она. — Я тебя жду.

— Серьёзно? Интрига, однако. Ну, не тяни, пожалуйста. Вот он я.

— У нас сегодня вместе с вами сдвоенный урок по литературе. Можно смыться спокойно.

— Да? — усмехаюсь я. — И куда пойдём? К тебе или ко мне?

Она розовеет.

— Нет… ну можем просто… Можем в домовую кухню пойти, слойки поесть… У меня сейчас мама дома… Вопросы будет задавать…

— Домовая закрыта, я думаю. Пошли ко мне тогда. Я правда не выспался сегодня, на литре можно было бы придавить.

— Можно на Чебурашке твоём покататься…

— Я сиденья снял… Хочу его прокачать немножко. Тачка на прокачку.

Она едва заметно подёргивает плечиками и тут же игриво спрашивает:

— А почему это ты не выспался?

Но ответить я не успеваю.

— Так, это что здесь за шуры-муры? — раздаётся голос директрисы. — Почему не на уроке? Лыжи уже навострили? Ну-ка… Быстро по классам! Костров, после уроков с Лутковой заигрывать будешь!

— Алевтина Ивановна, мы опоздали просто, — улыбаюсь я. — Уже идём.

— А опаздывать не надо, надо вовремя приходить, заранее даже, чтобы к уроку подготовиться успеть, ясно вам? Давайте-давайте! Луткова, от тебя я вообще не ожидала.

— Чего не ожидали? — теряется Наташка.

— Что ты несерьёзная такая. Придётся папе твоему сказать при случае. Всё, бегом!

Мы идём к лестнице.

— Один раз хотел позаигрывать, — усмехаюсь я, — и то обломали.

— Это потому что без пряников, — хмурится Наташка.

— Да не скажет она ничего папе, — подбадриваю её я.

— Ой, причём здесь…

Мы заходим в класс.

— Можно, Наталья Александровна?

— Надо же, — качает она головой, — сегодня все парочками опаздывают. — Проходите. Не знаю, правда, где вы место найдёте. Усаживайтесь где-нибудь.

В кабинете яблоку некуда упасть, здесь оба параллельных класса — «А» и «Б», и мест свободных нет.

— Наташа, иди к нам, — машут девчонки, сдвигая стулья.

— Иди, — приглашает меня Макс Криворучко.

Придётся втроём сидеть на двух. Я окидываю взглядом комнату. Ну, конечно. Вика сидит на одном стуле с Цепом. Он смотрит на меня с улыбочкой и чуть её приобнимает.

— Наталья Александровна, — обращаюсь я к училке. — Можно я из соседнего класса пару стульев принесу?