Читаем Че Гевара полностью

В феврале 1954 года над маленьким анархистским государством президента Жакобо Арбенса сгущаются тучи. Смесь культур бурлит, разогревает умы, будоражит дух там, на севере, со стороны Каса-Бланки. Распространяются тревожные вести, что страна скоро будет оккупирована. Эрнесто этот факт приводит в сильное возбуждение. Он знает членов правительства. Не появился ли он в Сиудад-Гватемале, имея рекомендательное письмо к Хуану Анхелю Нуньесу Агуиляру, одному из близких соратников президента? Он готов, если нужно, взяться за оружие. 21 февраля, когда психоз страха начинает охватывать город, Эрнесто звонит Ильде и приглашает ее на митинг по поводу годовщины никарагуанского борца Аугусто Сесара Сандино. Он ошеломляет свою «нареченную», появившись в великолепном сером костюме, подаренном Гуало незадолго до отъезда того в Аргентину. Но через два дня его сотрясает ужасный приступ астмы…

— Меня к постели приковала астма…

Прибыв на 5-ю улицу в старенький и бедный пансион, где обитает Эрнесто, один после отъезда Гуало, Ильда впадает в шок. Вид человека, которого она любит, невозможно описать. Лежит в кресле около двери, бледный как мертвец. При каждом вдохе грудная клетка издает легкий свист. Но Ильда быстро убеждается в силе его характера.

— Найди чистый шприц и ампулу в тумбочке, а еще вату и спирт, — спокойно произносит он.

Ильда все выполняет. И видит, как он сам делает себе укол, привычка с десятилетнего возраста. Она замечает, пока идет к креслу, что ампула — с адреналином. Отказываясь от чьей-либо помощи, Эрнесто медленно поднимается с кресла. Сила его характера и внутренняя дисциплина производят впечатление на Ильду, которая разговаривает теперь с хозяйкой, принесшей больному поесть — рис и яблоко. Та поясняет:

— Ничего, кроме этого, ведь все случилось после вечеринки по поводу отъезда их друга, перебрали, вот и приступ.

Ильда не может удержаться:

— Как жаль, что такой сильный человек, который столько может сделать для общества, и так ослаблен. На его месте я бы пустила себе пулю в лоб. Никогда не смогла бы выдержать такие мучения.

Есть версия, несмотря на опровержение его дочери Ильдиты, что именно так все и произойдет. С той лишь разницей, что в боливийском местечке Чако пулю пустит другой. Был ли у Че убийца, как считал Насер? Можно долго спорить по этому поводу. Скажем, что Эрнесто прожил на земле сверх того, как ему удалось не задохнуться от астмы. Трудно представить его заканчивающим свои дни в домашних тапочках, у огня. Он боролся до предела, когда понял, что уже нельзя победить…

Еще три вечера Ильда будет приходить в пансион Ториель навещать больного. Редкие моменты близости, в течение которых ей открывается вся глубина Эрнесто, особенно его склонность к поэзии. Она приносит ему поэмы перуанца Сесара Валлехо и других, опубликованные в местной прессе. Одна из них, «Твое имя», особенно понравилась Эрнесто. Он учит ее наизусть и читает Ильде. То, что он знает творчество Неруды, еще более их сближает. Он называет ей своих любимых поэтов, пишущих на испанском языке, — Федерико Гарсиа Лорка, Мигель Эрнандес, Габриэлла Мистраль и аргентинцев — Хосе Эрнандес, автор поэмы «Мартин Фьерро», которую он знает наизусть, а также Хорхе Луис Боргес, Леопольдо Марешаль, Альфонсина Сторни, и уругвайцев — Хуана де Ибарбуру и Сара де Ибаньес. На английском языке больше всего им обоим нравится Редьяр Киплинг. Эрнесто рассказывает Ильде о своих симпатиях во французской литературе: Вольтер, Руссо, Рембо, Бодлер, Апполинер. Он дает своей подруге «Кожу» Курсио Малапарте, а также сочинения Хорхе Икаса, эквадорского писателя, которого он узнал в Гуайакиле.

Эрнесто снова на ногах, Ильда представляет ему американца Гарольда Уайта, о котором она мало что знает, но считает его настоящим революционером. Уайт читал лекции о марксизме в университете Юта. Оба с удовольствием общаются на странной смеси испанского и английского. Они переворачивают кипу литературы: Фрейд, Павлов, Энгельс, чей «Анти-Дюринг» их волнует.

— Мы были согласны с развитием мысли, — говорит Ильда. — Мы придерживались материалистической концепции, социалистической концепции, которая рассматривает индивидуума как элемент общества. Так же мы были согласны отказаться от значения индивидуума, чтобы способствовать социальному развитию всех. Потому что в конечном итоге это отразилось бы и на индивидууме, который тоже был бы в выигрыше.

Зато их мнения о Сартре, и особенно о Фрейде, отличаются: Эрнесто считает, что сексуальность является основой жизни, Ильда находит этот взгляд упрощенным. Однажды вечером они идут в театр, где дают «Добродетельную шлюху» Жана Поля Сартра. Расистские и экзистенциалистские проблемы, поднятые в пьесе, дадут пищу для словесной схватки на долгие часы.