Читаем Часы-убийцы полностью

Мелсон поймал себя на том, что со жгучим любопытством и отчаянной надеждой ждет появления миссис Горсон и Китти Прентис. Однако, когда они вошли, он сразу понял, что их вряд ли можно в чем-то заподозрить. Обе женщины были в явно приподнятом настроении, а лицо миссис Горсон выражало прямо-таки драматическое ожидание. Массивного телосложения женщина, она когда-то могла считаться, наверное, настоящей красавицей, хотя сейчас остались только следы былой красоты. Края ее шляпы с перьями обвисли; живой взгляд выражал какую-то телячью покорность; во рту уже не хватало нескольких передних зубов. Манера говорить была у миссис Горсон довольно своеобразной: откинув голову далеко назад, она затем медленно кивала ею, не сводя глаз с собеседника. Словно подражая порывам ветра, голос ее при этом то стихал до шепота, то поднимался до драматических высот. Речь сопровождалась соответствующей жестикуляцией.

– Глядите-ка, тут и полиция, мэм, – удивленно, будто речь шла о семейном празднике, кивнула она в сторону миссис Стеффинс и сразу же взволнованным тоном добавила: – Ужасно, хотя, насколько я могу судить, ничего не украли. Должна попросить у вас прощения за то, что мы вернулись так поздно. Дело в том, что на Фулхем-роуд наш автобус зацепил грузовик и водители долго бранились между собой, употребляя, должна заметить, прямо-таки ужасные выражения...

– Именно так! – покраснев, живо подтвердила Китти.

– Не хотел бы долго вас задерживать, – сухо проговорил Хедли, – но я здесь по долгу службы и, соблюдая необходимые формальности, должен задать вам несколько вопросов. Ваше имя?

– ...Вот нам и пришлось добираться домой пешком. Генриетта Горсон. С двумя "т", – любезно добавила она, видя, что Хедли взял в руки карандаш и блокнот.

– Давно здесь работаете?

– Одиннадцать лет. – Она откинула голову и повысила голос. – Не всегда я была такой, как сейчас. – Она грустно покачала головой. – Мне случалось выступать на лучших сценах мира.

Да, да, разумеется. Мне хотелось бы услышать, миссис Горсон, как вы провели сегодняшний вечер.

– Полицию и это интересует? Серьезно? – почти с восторгом спросила миссис Горсон. – Могу вас уверить, мы провели чудесный вечер. С верным рыцарем Китти, мистером Альбертом Симмонсом, мы встретились во "Льве". Потом пошли в кино на легкую романтическую музыкальную комедию – "Принцесса мечты". Актеры играли великолепно. Сюжет временами был несколько натянут, но играли восхитительно.

– Именно так! – с жаром кивнула Китти.

– Весь вечер вы были вместе?

– Совершенно верно. После кино мы поехали в Фулхем к родителям Альберта, и время, знаете ли, летело так незаметно, что было уже около полуночи, когда...

– Спасибо, – буркнул Хедли с еще более унылым видом, чем прежде. – Последний вопрос. Помните ли, где вы были в прошлый вторник, двадцать седь...

– В тот самый день, Генриетта, – вмешалась, уже позабыв о слезах, миссис Стеффинс, – в тот день, когда, помните, я сказала, что бедный Хорейс...

– Тот самый день, когда произошло то ужасное убийство, – с наслаждением вставила Китти.

Измученному инспектору с превеликим трудом удалось выжать из них следующее: в тот день, между пятью и половиной шестого, Китти и миссис Горсон пили у себя в полуподвале чай вместе с некой мисс Барбер, работающей по соседству. В половине пятого Китти подала чай Карверу и миссис Стеффинс, после пяти принесла им еще кипятку, а в половине седьмого поднялась наверх в третий раз, чтобы убрать со стола. Хедли оставалось только задать обеим женщинам единственный интересующий его вопрос:

– В "Герцогине Портсмут" вы, вероятно, видели одного человека, а может быть, даже разговаривали с ним. Этот человек сейчас здесь, в доме...

– Бетс! – крикнул Хедли, явно не собиравшийся присутствовать при еще одной истерике. – Покажите им Эймса и потом, если у них будет что сказать, доложите! Это все, спасибо.

Когда миссис Горсон и Китти вышли, Хедли снова оглядел присутствующих.

– Надеюсь, вам уже все ясно. Кто-то в этом доме обвинил одну из живущих здесь женщин в убийстве, совершенном в универмаге. Обвинил одну из вас, ясно? Даю обвинившему последний шанс. Ну?

Молчание.

– Кто видел женщину, сжигавшую окровавленные перчатки? Кто видел у нее украденные часы и браслет с бирюзой?

Кулак инспектора резко опустился на стол. Это произвело надлежащий эффект.

– Не понимаю, о чем вы говорите! – вырвалось у Элеоноры. – Что касается меня, то я впервые об этом слышу! Могу вас уверить, я в универмаге никого не убивала. Будь я в чем-то виновата, разве стала бы сама признаваться, что была там!

Миссис Стеффинс, поборов первый испуг, возмутилась.

– Счастье еще, прошептала она медово-ледяным голосом, – что вы знаете, где я была весь вечер в годовщину похорон бедного Хорейса. Тем не менее, это уж чересчур!

– Я тоже как-то не склонна чувствовать себя преступницей, – с насмешливой улыбкой проговорила Люси. – Не сомневайтесь, свое алиби я сумею подтвердить. Меня беспокоит только тот лжец, который возвел на нас эту напраслину, если, конечно, вы не сами ее придумали.