— И мы бы утонули. Я бы остался без гроша. Снова пришлось бы идти в трейдеры, зажав хвост между ног, выполнять чужие указания. Мне потребовались бы годы, чтобы расплатиться с долгом. Но все обернулось очень даже неплохо.

— Неплохо?!

— Да. — Он рассказал ей о тех деньгах, которые поступили в его распоряжение. — Это не та мелочевка, которой я занимался в «Харборе». — Он говорил о «Фэлкон партнерс», офшорной компании. — Я ворочал миллиардами, Карен.

— Но это были грязные деньги, Чарльз. Ты их отмывал. Почему ты так прямо и не скажешь? Кто подтолкнул тебя к этому, Чарльз?

— Я не занимался отмывкой, Карен. Как ты не можешь понять?.. Когда управляешь такими средствами, тебе нет до этого никакого дела. Ты занимаешься деньгами. Заставляешь их работать. Вот чем я занимался, Карен. Только так я мог остаться на плаву. Этим я занимался последние десять лет. Я не знал, откуда брались деньги и кто кого обокрал или ограбил. Я заставлял их работать. И знаешь, что я тебе скажу? Плевать я хотел на происхождение этих денег. Я их использовал. Инвестировал. Точно так же, как и любые большие инвестиционные банки. Я даже не встречался с этими людьми. Сол свел их со мной. И ты думаешь, другие фонды работают иначе? Думаешь, нет таких людей, которые делают то же, что и я, а потом вечером идут домой, играют с детьми в мяч, смотрят «Скорую помощь» и водят жену в «Метрополитен-опера»? Да их полным-полно. И я говорю не о торговцах наркотиками или мафиози. Короче, я ухватился за это предложение Сола. Как ухватился бы любой. Этим и спасся. Я не отмывал деньги, Карен. Я лишь управлял счетами этих людей.

Карен в упор смотрела на него.

— Ты не просто управлял их счетами, Чарли. Звучит, конечно, неплохо, но на самом деле все не так. Я знаю… Именно об этом мне хотел рассказать Джонатан Лауэр после того, как ты так удобно «умер», Чарли. Но потом умер он. По-настоящему. Не удрал на тропический остров… Перед тем как ему предстояло дать показания на каких-то слушаниях, его сбил автомобиль. Совсем как невинного мальчика в Гринвиче.

Чарльз отвернулся.

— Того самого, на встречу с которым ты приехал, Чарльз, после взрывов на Центральном вокзале, когда украл кредитку покойника. Ты помог убить этого мальчика, Чарли. Или даже убил сам. Вот этого я точно не знаю. Что он собирался сделать, Чарли? Сдать тебя полиции? Рассказать все о твоем мошенничестве? Ты не просто отмывал деньги, Чарли, на тебе куда более тяжкий грех. Погибшие люди. Не говоря уж о тех тысячах, которых ты ограбил или разорил ради денег, ради инвестиций. Ох, Чарли… Как ты мог это сделать? Как ты мог так сбиться с пути? Хороший же ты нашел способ удержаться на плаву! Ты только посмотри на себя. Посмотри, к чему это привело?

Но Чарльз смотрел на нее, и в его глазах стояла мольба. Он покачал головой, облизнул пересохшие губы.

— Я этого не делал, Карен. Что бы ты ни думала. Клянусь. Ты можешь ненавидеть меня, если хочешь, но, пожалуйста, пусть твоя ненависть будет вызвана тем, что я действительно натворил, _ Он снял бейсболку, провел рукой по гладко выбритой голове. — Я не убивал этого мальчика, Карен. Что бы ты ни думала. Я приехал в Гринвич, чтобы его спасти.

Глава 85

— Спасти? — В глазах Карен вновь вспыхнула злость. — Точно так же, как пытался спасти меня, Чарли?

— Я приехал, чтобы остановить его, Карен! Я знал, чем они ему пригрозили.

— Кто, Чарльз? — раздраженно бросила Карен. — Скажи мне — кто?

— Я не могу, Карен. Даже не хочу, чтобы ты знала об этом. — Чарльз помрачнел, набрал полную грудь воздуха, медленно выдохнул. — Однажды я с ним уже встречался. Возле его мастерской. Попытался разъяснить, к чему может привести упрямство его отца. Если бы эта история с танкерами выплыла наружу, все бы рухнуло. Я не знал, когда они приведут свою угрозу в исполнение, поэтому вернулся в Гринвич после взрывов. Потрясенный случившимся. Какая-то моя часть говорила, что вот он, шанс исчезнуть. Эти люди угрожали мне, Карен. Ты понятия об этом не имеешь. А другая часть требовала со всем этим покончить.

Вот я ему и позвонил. Предложил встретиться со мной. Звонил из ресторана на противоположной стороне улицы, назвавшись другим человеком. Сидел в этой чертовой кабинке, не зная, что делать, что сказать. Думая о том, что, так или иначе, нужно поставить точку. Теперь. Это плохие люди. Я не хотел, чтобы на мне была еще и кровь этого парня.

Чарльз смотрел прямо перед собой.